Пришлось в полотенца пеленать, чтобы лапы не распускал. Ничего, в десять вечера твой черед настанет ему таблетку давать, тогда на собственной шкуре прочувствуешь. Воля к свободе - великая сила даже у больных щенков.
Настя включила в комнате телевизор и уселась на диван с тарелкой на коленях. Принесенный из ванны Парень неподвижно лежал у ее ног на подстилке, которая в былые времена числилась Настиной форменной юбкой. То и дело поглядывая на его безжизненное тельце и закрытые глаза, Настя вдруг почувствовала, что в горле стоит ком и она больше не может проглотить ни куска.
- Только не умирай, миленький, - шептала она сквозь слезы, стоя на коленях и осторожно поглаживая щенка, - только не умирай, пожалуйста, я тебя очень прошу.
Щенок приоткрыл глаза и попытался повернуть голову, но сил у него не хватило. Настя решительно отставила подальше тарелку с недоеденным ужином и взялась за телефон. Надо дозвониться до ветеринара.
- Какой породы щенок? - деловито осведомился тот, когда ей наконец удалось застать его дома.
- Я... не знаю, - растерялась Настя.
- То есть как не знаете?
- Я его нашла на улице, он чужой.
- Давно нашли?
- Неделю назад примерно.
- Значит, это он не с улицы принес, - сделал вывод врач. - Насчет прививок вы, конечно, тоже не знаете?
- Не знаю.
- Чем кормили?
Настя старательно перечислила все продукты, которые они давали щенку.
- Ничего страшного, - успокоил ее ветеринар, - это часто случается, когда собака в раннем возрасте меняет хозяина и место жительства. Другая пища, другая микрофлора в помещении.
Судя по симптомам, никакого серьезного заболевания не должно быть. То, что левомицетин давали, это правильно. Давайте подождем до утра, если все так, как я думаю, то этими таблетками можно и ограничиться. Если к утру рвота и понос не прекратятся, позвоните, я сразу же приеду.
Ей стало спокойнее. Подняв с пола щенка вместе с подстилкой, Настя пристроила его у себя на коленях, подложила ладонь под лохматую щенячью голову и только тут сообразила, что уже целый час не вспоминает о головной боли.
Глава 12
В среду с самого утра Андрей Чеботаев начал объезжать всех причастных к творчеству группы ""Би-Би-Си"" людей, предъявляя им портрет предполагаемого преступника. Концы ему пришлось делать немалые, застать на месте нужного человека с первого раза удавалось далеко не всегда, и к вечеру, совершенно измученный, он уныло констатировал, что у него снова ничего не получилось. Никто не узнал изображенного на портрете молодого человека.
