Кроме Околовича, в квартире находились еще трое мужчин, внешний вид и одежда которых не оставляли сомнений в их социальной принадлежности. ""Господи, и где только он их находит?"" - в отчаянии подумала Светлана, быстро проходя по комнатам и заглядывая на кухню, чтобы получить представление о глубине и характере повреждений, нанесенных ее усилиям по спасению возлюбленного. В спальне поперек широкой кровати валялось нечто и оглушительно храпело. Судя по длинным волосам, это нечто было женского пола, хотя точно сказать нельзя: старые грязные брюки, из рваных носков торчат пальцы, какие-то невнятные кофты, не то женские, не то мужские, надетые одна на другую и сплошь усеянные дырками.
И это грязное вонючее нечто лежало прямо на белье, на том самом постельном белье, которое Света собственноручно стирала и гладила, не говоря уж о том, что она его покупала. На кухне, уронив голову на стол, спало еще одно существо, на этот раз Света не усомнилась - мужчина. И по всей квартире пустые бутылки, опорожненные консервные банки, прозрачные вскрытые упаковки, в которых продается нарезанная рыба и колбаса, окурки, тарелки с недоеденной едой.
И запах, тот отвратительный запах, который она ни с чем бы не перепутала и который всегда сопутствует длительным возлияниям при отсутствии уборки и проветривания.
Те трое, которые сидели в комнате за столом, показались Светлане знакомыми, она поняла, что раньше уже видела их здесь и, наверное, выгоняла, что собиралась сделать и сегодня.
- Садись, Светулькин, - радушно пригласил ее Околович, - выпей с нами в честь светлого праздничка.
Она не хотела устраивать бурную сцену и намеревалась улучить момент, чтобы сначала поговорить с Володей.
- Что за праздник? - поинтересовалась она, стараясь казаться миролюбивой и покладистой.
- День рождения! - торжественно объявил один из троих гостей, высокий мужик с пятном кровавой коросты на щеке.
- Твой, что ли?
- Не, его! - Он ткнул корявым пальцем в хозяина дома."
"- У него день рождения в декабре, - возразила Светлана, устраиваясь за столом и пытаясь не касаться руками липкой грязной клеенки, которую она давно уже хотела выбросить, но Околович не разрешил и спрятал куда-то на антресоли.
Теперь вот снова достал...
- А я тебе говорю, что сегодня, - упирался мужик. - У него день рождения, потому что он вернулся к старым корешам, к нормальной жизни, да, Вован? Наливай!
Околович разлил водку по стаканам, и Света заметила, что руки у него почти не дрожат.
