Когда даже ангелы посылают (СИ)

Пройдет два часа, и от этих же, но уже гораздо более горячих лучей придется прятаться в прохладе кондиционируемого дома или в тени деревьев сада. Но пока можно насладиться утренней свежестью. Этим и занималась Катерина, в тонком батистовом сарафане лежа на шезлонге недалеко от веранды. Вскоре к ней присоединился муж.

- Как тихо... - господин посол сладко потянулся.

- Вождя краснокожих не слышно!

Супруги дружно расхохотались. Даня Коробейников был совершенно очаровательным ребенком трех с половиной лет и совершенно неуемного темперамента.

От него не было покоя никому - ни родителям, ни няне-филиппинке, ни Муни - феноменально спокойной, даже флегматичной кошке бирманской породы. Единственный человек, в присутствии которого Даня затихал и которого беспрекословно слушался - как под гипнозом - как раз вчера приехал в гости. И теперь Даня в обществе дедушки и бабушки отправился на прогулку по центру города. Последнее, что слышали родители, когда троица покидала ворота, было: «А сейчас, Данечка, я тебе расскажу, что обещал. Значит, так. Существуют следующие виды таможенных процедур...». Даня слушал деда, открыв от восхищения рот.

- У нас есть пара часов спокойствия. А то и три - если повезет, - Кир подошел к шезлонгу и остановился, глядя на жену сверху вниз. - У тебя есть идеи, как их провести?

Катя не торопилась с ответом - любовалась. Было чем.

Кирилл возмужал - как-то резко, вдруг. Раздались плечи, рельеф груди и рук стал гораздо более внушительным. Теперь и в голову бы не пришло сравнивать его с гепардом.

Если уж с кем-то из кошачьих - то с тигром. Мощь и вкрадчивость, убийственное сочетание. И сейчас ей совсем не хотелось говорить, а только - смотреть. На обнаженный могучий мужской торс и пижамные штаны, сидевшие так низко, что сразу ясно - белья под ними нет. Кир проследил ее взгляд, усмехнулся. И недвусмысленно хлопнул себя ладонями по бедрам.

- Отличная идея, мне нравится.

- Не понимаю, о чем ты, - Катя вполне натурально округлила глаза.

- Так-таки и не понимаешь? - Кир еще раз выразительно похлопал себя ладонями по бедрам.

- Три лимона, Катя. Три.

- Не могу поверить! - она продолжала дурачиться. - Ты это предлагаешь МНЕ? Мне, матери твоего сына? А я потом этим ртом буду целовать нашего ребенка?!

От взрыва хохота господина посла с дерева слетела пара птичек.

- Действительно, с моей стороны это крайне возмутительное предложение, - он все еще смеялся, когда опускался на траву рядом с шезлонгом.