Избиение младенцев и бегство в Египет вам сейчас будет, господа Коробейниковы!
- И в чем же я ошибся? - к отцу Кирилла вернулся его безупречно ровный тон.
12.3
- Во всем! - Катя прошла к балкону, неторопливо полила фикус, потом снова обернулась к визитерам. - Во-первых, моя беременность - это целиком и полностью моя... если угодна, заслуга. Я была инициатором близости. Оба раза. Кирилл вел себя как джентльмен, а я его... соблазнила, да. Надеюсь, я вас не слишком шокировала такими откровенными подробностями?
Потому что вам идет это выражение идиотического изумления, господа Коробейниковы, всем троим.
И оно у вас у троих разное. Первым опомнился старший, но Катя ему не дала сказать и слова.
- Во-вторых, я не собиралась сообщать Киру о ребенке. То, что он узнал - чистой воды случайность.
Но, в принципе, папу можно приравнять к стихийным бедствиям, так что Катя не сильно соврала.
- Вот как? - голос отца Кирилла звучал не просто ровно - тихо. И как-то вдруг совсем безжизненно. Отвечать на риторический вопрос Катя не стала.
Пришло время добивать соперника. Скрестила пальцы за спиной.
- А в-третьих... Слушайте, я не помню, сколько раз Кирилл делал мне предложение выйти за него замуж. Раз пять, наверное. А, может, и десять. Не помню, - Катя пожала плечами, перекинула косу за спину. - Не считала. И на колени вставал, и руки целовал, и говорил, что любит, что жить без меня не может, и про ребенка, и про все остальное. Ну, вы понимаете, да?
Коробейников-старший кивнул.
Он явно быстро анализировал получаемую информацию, но изумление все же пробивалось. Так-то, дядя!
- И почему же вы... простите, нас не представили, я - Константин Федорович.
- Катерина Дмитриевна, - милостиво кивнула Катя.
- Так почему же, Катя, вы не согласились? - в голосе вдруг появилась вкрадчивость. Фирменная. Кирова! Эй, так не честно!
- Потому что я капризная, избалованная и безответственная девчонка, - торжественно объявила Катя.
Ей показалось, что Коробейников сейчас улыбнется.
Да нет. Невозможно.
- И кто же вас, Катя, так избаловал? - голос его стал мягкий-мягкий. Совершенно как у Кира. Вот же гад усатый!
- Папенька, - услужливо подсказала Катерина, и не думая сдавать позиции. - У меня фамилия - Тихомирова. Слышали про такого?
Седые брови сошлись на пару секунд. Разошлись, лоб разгладился.
- Нет, не припоминаю.
- Он правая рука Державина. Про Державина-то вы слышали, надеюсь?
Пантомима с бровями повторилась.
