Менструация, как и всегда, продолжалась у нее недолго. И когда Майкл деликатно осведомился, не прошли ли у нее «дни», она не стала лгать. Он бы все равно догадался, что она лжет. Он всегда догадывался.
– Вот и хорошо, - сказал он с таинственной улыбкой. - Я по тебе очень соскучился."
"Губы ее приоткрылись, готовясь ответить, что и она скучала по нему, но почему-то ей стало страшно произносить эти слова.
Он потихоньку подталкивал ее к кровати, и вот они уже оба, клубком переплетенных рук и ног, валятся на постель.
– Ты мне снилась, - хрипло шептал он ей в ухо, а руки его поднимали подол ее платья.
- Каждую ночь ты приходила ко мне во сне. - Руки его принялись ласкать ее. - Это были очень, очень хорошие сны, - закончил он с пылом.
Она закусила губу. Дыхание ее стало прерывистым: он знал, как ласкать ее, чтобы она совсем растаяла.
– В моих снах, - шептал он, жарко дыша ей в ухо, - ты выделывала несусветные вещи.
Она застонала. Одного его прикосновения было довольно, чтобы возбудить ее, но когда он говорил такое, она вся превращалась в огонь страсти.
– Неслыханные вещи, - продолжал он, не переставая ласкать ее. - Вещи, которым я собираюсь обучить тебя… сегодня же ночью.
– О-о! - застонала она. Губы его скользили по ее бедру, и она знала, что сейчас будет.
– Но сначала вещи, проверенные временем. Для экспериментов у нас еще целая ночь.
И он принялся целовать ее так, как ей нравилось, потихоньку подталкивая к пику страсти.
Но прежде чем она достигла этого пика, он выпустил ее и принялся, срывая пуговицы, дрожащими руками стаскивать с себя штаны.
И это дало Франческе возможность остановиться и подумать.
Хотя думать как раз ей совсем не хотелось.
Но рассудок ее был безжалостен и непреклонен, и, прежде чем она сама сообразила, что делает, она скатилась с кровати и с криком «Постой!» убежала в другой конец комнаты.
– Что? - так и ахнул он.
– Я не могу.
– Ты не можешь… - Он смолк, набрал в грудь побольше воздуха и рявкнул: - Что?!
Он наконец совладал с брюками, и они упали на пол, открыв ее взорам ошеломительных размеров эрекцию.
Франческа отвела глаза. Она не в силах была смотреть на него. Ни на его лицо, ни на…
– Я не могу, - сказала она дрожащим голосом. - Я не должна. Я не знаю.
– Зато я знаю! - прорычал он и двинулся к ней.
– Нет! - крикнула она и подбежала к двери. Долгие недели она играла с огнем, искушала судьбу. А теперь пришла пора спасаться бегством. И как бы ни было ей тяжело покинуть Майкла, она знала, что должна так поступить.
