Когда он получает

Когда Раф был еще помолвлен с Джеммой, сестрой Клео, я использовал эти вечера, чтобы подкалывать его за то, что у него есть привычка заглядываться не на ту сестру. Он выгонял меня, когда я его достаточно раздражал.

В фойе я приостанавливаюсь, и на губах появляется ностальгическая улыбка. Не думал, что когда-нибудь снова окажусь в этих стенах.

На мгновение я замираю и впитываю все это. Здесь ничего не изменилось. Ни круглый стол с вазой свежих цветов. Ни картины эпохи Возрождения на стенах. Даже маленькая зона ожидания, где я часто сидел и ждал появления Рафа.

До моего слуха доносится звук приближающихся шагов.

К тому времени, как появляется мой бывший босс, моя улыбка уже убрана.

Раф выглядит так же, как и всегда. Блестящие черные волосы, чисто выбритое лицо и рубашка, сшитая на заказ, которая скрывает большинство его татуировок. Думаю, у него не было причин меняться. Прошло всего шесть месяцев, и для большинства людей это ничто, но я за это короткое время успел побывать в чистилище, раю и аду.

Выражение его лица нейтрально, но глаза слегка расширяются, когда он рассматривает меня. — Неро.

Я широко развожу руки в стороны, а затем опускаю их по бокам. — Сюрприз.

На его губах мелькает подобие улыбки.

Раф редко улыбается. При виде этого маленького движения я сжимаю кулаки, борясь с внезапным приступом эмоций. Внутри меня все переворачивается.

Он испортил мне жизнь, но я все равно скучаю по этому чертову ублюдку.

Видимо, он разделяет эти чувства, потому что делает нечто совершенно неожиданное.

У меня вырывается придушенный смех, когда я несколько раз шлепаю его по спине.

— Боже мой, Клео и впрямь постаралась над тобой. Посмотри на себя, ты выражаешь все эти эмоции.

Он ерошит мои волосы, как делал это, когда мы подростками бегали вместе по Нью-Йорку, делая все возможное, чтобы доказать отцу свою значимость. Это так знакомо и в то же время так нехарактерно для взрослого Рафа, что у меня от эмоций сжимается горло.

Он отстраняется, и на мгновение в его голубых глазах вспыхивает несомненная симпатия. Они светлее, чем у Блейк, но все равно напоминают мне о ней.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает он.

Я пожимаю плечами. — Все пошло кувырком.

Он ведет меня в гостиную и подходит к барной стойке. Там дюжина бутылок, но он выбирает Macallan 15. Он наливает немного янтарной жидкости в два хрустальных стаканчика, передает один мне и указывает на диван.

В доме тихо.