Когда он получает

Запись с камеры, где ты входишь в свою квартиру. Записи, которые отслеживают Ферраро.

— А Джорджио не может стереть их?

Раф выдохнул. — В данный момент я не могу рисковать. Фаби помолвлена с Козимо Ферраро.

Шок проходит через меня. — Ты отдал свою сестру этому заносчивому ублюдку?

— Свадьба состоится весной. Или, по крайней мере, должна быть. Братва стала намного агрессивнее, и мой союз с Ферраро должен быть прочным. Он так и не стал таковым после того, как ты убил Майкла.

Так что я просто серьезно его поимел.

Я провожу ладонями по лицу. — Я пришел сюда не для того, чтобы умолять тебя спасти меня. Я готова встретить все, что Ферраро захочет со мной сделать.

Он вскидывает бровь. — Ты пришел сюда, чтобы умереть? Тебе следовало продолжать бежать, Неро.

— Я не мог рисковать.

Пора признаться. — У меня есть жена.

Его удивление очевидно.

— Мне нужно, чтобы ты защитил ее, когда меня не станет.

Раф опускает свой стакан, нахмурив брови. — Ты убил их людей. Они не остановятся, пока не отомстят.

— Нет, если они узнают, что она находится под защитой Рафаэле Мессеро.

Даже эти парни не настолько безрассудны, чтобы напасть на Блейк, пока она находится на территории Мессеро. Их жажда мести не стоит их жизней. В конце концов, они оставят все как есть, особенно когда я буду мертв.

Я жду, пока мой старый друг даст мне слово, наблюдая за тем, как он обдумывает ситуацию. Раф ни на что не соглашается, пока не рассмотрит все с разных сторон. Единственный человек, который когда-либо заставлял его терять спокойствие, — это его жена.

В конце концов он кивает. — Хорошо.

— Ферраро тоже не может ее трогать.

— На данный момент он даже не знает о ее существовании.

— Постараемся, чтобы так и было.

— Тогда мы должны пойти к нему, — говорит Рафаэле, вставая. — Прямо сейчас. Пока у него не появился шанс посмотреть на ваши с ней кадры или узнать о твоем возвращении из какого-нибудь другого источника.

Я поднимаюсь на ноги. — Он поймет, что ты солгал, чтобы защитить меня.

— Ты жалеешь, что просто не убил меня?

В его бледно-голубых глазах мелькнуло сожаление. — Нет, Неро. Но я жалею, что ты вернулся. Потому что теперь я не могу тебя защитить.