Но все же боюсь, жутко боюсь, что мои опасения справедливы. После того, что произошло здесь сегодня вечером…
— Вне всякого сомнения, Ларри продемонстрировал нам сегодня, что способен на убийство, — кивнул Энди."
"— Это и так всем было известно, — покачала головой Диана. — Я сейчас думаю не о том, что он натворил, а о том, что он увидел. Ты ведь тоже это видел, Энди, и ты, Мэри-Джо.
Она не в силах была продолжать. К горлу подкатил ком.
— Что он увидел? — удивленно переспросила Мэри-Джо. — Ты имеешь в виду полицейских?
— Нет, — Диана попыталась откашляться, но безуспешно.
— Я думала, вы тоже…
Энди наблюдал за ней с тревогой.
— Успокойся. Ты все еще ощущаешь последствия шока. На твоем месте я говорил бы поменьше. Давай я тебе заварю крепкого горячего чая? Мне и самому он не повредит.
— Я сама все приготовлю, — вызвалась Мэри-Джо. Что ты будешь, Уолт?
Тот уловил едва заметный знак Энди и последовал за Мэри-Джо в кухню.
— Ему нравится думать, что он ее защитник, — прокомментировал Энди. — И потом я не хочу, чтобы он слышал.
— Она ничего не заметила? — спросила Диана.
— Я так прижал ее к полу, что она едва ли могла бы что-то увидеть. Да она и не поверила бы собственным глазам. Она в высшей степени рациональная натура. Уолт еще хуже — он скептик, к тому же его здесь в тот момент не было. Не пытайся их ни в чем убеждать, они решат, что ты просто сильно не в себе. Кстати, даже я пока не убежден, что это не так, — с иронией закончил Энди.
— Но ведь ты-то это видел! Ты видел ее, я уверена!
— Я видел… нечто.
И начинаю подозревать, что мое видение не было похоже на твое.
— Как это?
Энди зябко поежился.
— Что привиделось мне, — сказал он задумчиво, — могло иметь смысл только для меня самого. Тебя бы это не напугало, а ведь ты была испугана! И уж, конечно, это не обратило бы в паническое бегство такого бесчувственного чурбана, как Ларри.
— То, что видела я, могло, — сказала Диана.
— Расскажи, — попросил Энди мягко.
— Не могу.
— Тогда я первый, — Энди говорил все тем же тоном, словно увещевал готового заплакать ребенка.
— Когда мне было шесть лет, я однажды заплутал в лесу. Задворки нашего дома выходили в густую чащу, и мне строго-настрого было запрещено ходить туда одному, но я, конечно, не слушался. В тот раз я забрел слишком далеко и не мог отыскать обратной дороги. Наступила ночь. Луна не показывалась на небе. От ветра стонали стволы деревьев, скрипели ветви, и я знал — определенно знал, — что в темноте скрываются чудовища.
