Оставшись одна, Диана осмелилась провести пальцем по краю отороченного кружевами рукава. При этом у нее не возникло никаких мимолетных и смутных ощущений, только жалость к юному существу, угасшему так рано, что, впрочем, случалось часто в те времена. Энди наверняка заметил бы, что окружение оказалось неподходящим, он уже захлебывался бы словами от счастья, если бы знал, что подлинная одежда Марты сохранилась и что придуманная и романтическая сказка оказалась еще более приторно-сентиментальной, чем он предполагал. Он умолял бы ее сейчас украсть или выпросить эти наряды, примерить подвенечное платье, покрыться накидкой…
Помимо воли Диана скривилась в брезгливой гримасе.
Давать новый материал для фантазий Энди не входило в ее планы. До чего же хороша старинная одежда! Эмили она наверняка понравилась бы. Как, наверное, и любому другому неравнодушному человеку.
Обед с бедняжкой-Луисом (так она теперь называла его про себя) оказался не таким занудным, как она опасалась. Его усилия принарядиться на свидание привели к катастрофе.
В своей рабочей одежде он выглядел куда привлекательнее, чем в спортивной куртке, огромные накладные плечи которой только подчеркивали худобу и хрупкость фигуры, которая под ней скрывалась. Тем не менее, когда он преодолел робость, а Диана тактично направила разговор в знакомое ему русло, он оказался неплохим собеседником. Основная тема разговора оказалась до боли похожей на жалобы Мэрили: отсутствие денег и внимания властей и как результат — утрата драгоценных источников знаний и красоты.
Диана даже почувствовала легкий укол угрызений совести, слушая его речи. Он и Мэрили были бойцами маленькой, но отважной армии, сражающейся с превосходящими силами противника. И в награду они не получали от общества ничего. Хотя бы элементарного уважения, но и того им недодавали. «Интересно, — думала она, — сколько раз Луису советовали заняться делом, за которое платят хорошие деньги? Теми же компьютерами, к примеру…»
Именно эти мысли заставили ее быть с ним почти ласковой, пробудив в нем (как она поняла чуть позже) ожидания, которым не суждено было сбыться при всем ее уважении к нему.
Она сумела не назначить ему новой встречи, но предвидела, что с ним еще возникнут проблемы.
Интересная находка бедняжки-Луиса состояла в пачке писем, полученных мисс Массер от подруги и наставницы. Как полагал Луис, они сохранились, потому что подруга была писательницей, и мисс Массер хотела сохранить их переписку для потомства и литературных критиков.
