Это не была окончательная капитуляция, но все же больше, чем она рассчитывала.
— Иди, ты еще успеешь немного поспать. Он приедет не раньше одиннадцати.
— Хорошо, — сказал он, но не двинулся с места. — Ты не расскажешь, что разбудило тебя в такой час? Это не мог быть я. Мы с Уолтом не говорили и десяти секунд, как я увидел твою испуганную мордочку.
Солнце к этому времени уже встало, и проникавший в комнату свет не казался больше болезненно тоскливым. Она смогла пересказать ночной кошмар сравнительно спокойно. Подвижная мимика Энди, как обычно, выдавала его реакцию на каждую деталь.
— Страшно, — сказал он, когда она закончила. — Они становятся все хуже и хуже.
— Они? Здесь не может быть никакой связи. Поначалу все было так исподволь, так невинно. Розы, музыка, смех. Это я еще могла нормально воспринимать. Отзвук каких-то счастливых лет, проведенных в этом доме джентльменами и леди. Пыль столетий… И вдруг этот жутчайший сон! Который к тому же так легко истолковать.
Энди хотел что-то сказать, но осекся, и когда заговорил, она поняла, что сказать он собирался совсем не это.
— Ты можешь заснуть?
— Я уже выспалась и чувствую себя лучше, если именно это тебя интересует. — Она улыбнулась. — Уж не знаю как, Энди, но ты умеешь производить успокаивающее действие. По крайней мере, на меня.
Похоже, этот комплимент не пришелся Энди по душе.
Хорошо, что Мэри-Джо ничего не знала о похождениях Энди. Она была бы вне себя, если бы догадывалась, что он подвергает себя такому риску. А риск был, что бы там ни говорил сам Энди.
Ларри как раз был достаточно глуп и доведен до предела, чтобы отчаяться на вылазку в городок.
Язвительное замечание, которое бросила Мэри-Джо, когда Энди наконец появился, зевая и потягиваясь, было лишено всякой подозрительности. Она даже смешала отвратительное на вид противопохмельное снадобье и заставила выпить. Зная, что не спиртное, а бессонная ночь была виной его состояния, Диана даже испытывала к нему некоторое сочувствие, но только до тех пор, пока он не начал за спиной Мэри-Джо корчить рожи, изображая несчастного страдальца.
На Мэри-Джо Диана тоже была слегка сердита. Пришлось кричать, топать ногами и прибегнуть под конец к угрозам, чтобы заставить упрямицу не ездить на работу и посидеть дома. Впрочем, помогло не все это, а уже испытанное оружие — зов о помощи."
"— Придет декоратор, чтобы повесить шторы. Кому-то нужно побыть с ним. А в одиннадцать здесь должен быть сыщик, и одному Богу известно, как долго он у нас пробудет.
