— Разлучить меня с ней, когда ей более всего нужна была поддержка взрослой и опытной женщины! И ты, моя милая! — она оставила Диану и бросилась к Мэри-Джо. — Ты тоже во мне нуждалась. Во мне и в Чарльзе. Как вы могли решить, что справитесь с этой жутчайшей ситуацией самостоятельно?
— Э-э-э… Позвольте сказать, миссис Николсон, — пытался взять слово Уолт.
— А! Ты тоже хорош! — Эмили развернулась на каблуках и потрясла кулачком под носом у Уолта. — Тебе лучше помолчать. Молчите вы все! Мне нужно решить, что делать.
Какое счастье, что я позвонила сегодня утром Барбаре Уильямс, чтобы спросить, не привезти ли ей пару кустов роз. Она-то мне все и рассказала. И она была просто потрясена, когда узнала, что мне ничего не известно. Слышите — потрясена!
Диана подумала, что Эмили ждет не меньшее потрясение, чем Барбару Уильямс, когда она поймет, что и сейчас знает далеко не все.
Могила Брэда была теперь пуста. Приехала полиция и забрала тело. Новость об этой находке сначала повергла Эмили в изумленное молчание, а потом заставила перенести все море сострадания, таившееся в этой женщине, целиком на Диану.
Из-за ее бесконечных монологов и причитаний потребовалось почти два часа, прежде чем она и Чарльз были окончательно посвящены во все детали.
Все, кроме одной.
Диана бегло взглянула на часы. Девять. Он уже далеко отсюда. Она мучительно думала, как он это сделает и что почувствует она. До сих пор она оставалась на удивление спокойной.
Шок — так называла это Эмили и пичкала ее всевозможной едой, отвратительно приторным чаем и разнообразными алкогольными напитками. Хотя сама Диана думала, что это не столько шок, сколько паралич, абсолютная атрофия эмоций.
Энди присматривал за нею. Она знала, о чем он думал. Это было всегда легко: догадаться, о чем думает Энди. Он предоставил решать ей самой, говорить или хранить молчание.
Странная, извращенная справедливость восторжествовала бы, если бы отец совершил то, что подразумевали его прощальные слова.
Справедливость или возмездие — существовала ли хоть какая-нибудь разница между этими двумя понятиями? Не было никакой нужды предавать дело публичной огласке, но Мэри-Джо заслуживала того, чтобы знать правду. Диана понятия не имела, важно ли это для Мэри-Джо, но считала себя обязанной рассказать ей все.
Но не сразу. Ситуация оставалась достаточно сложной. Эмили все еще силилась распутать этот клубок.
