Ривер с мрачным видом поджал губы.
– Ты расстроен.
– С чего бы мне расстраиваться? – бросил я, но голос дрожал. – Из-за чего, черт возьми, тут расстраиваться?
Ривер яростно провел ладонью по волосам.
– Меня приняли в Алабаму. Официально. – Его голос звучал так, словно он вынес себе смертный приговор. – Ты не можешь… Я хочу сказать…
Последняя моя надежда улетучилась.
– Поехать с тобой? – спросил я, мой голос звучал слабо и жалко. – Кто, черт подери, сказал, что я этого хочу? Я же говорил, что ни о чем тебя не попрошу.
Никогда.
«Мы же говорили тебе, – снова ликовали голоса в голове. – Мы говорили тебе, говорили, говорили тебе…»
– Холден… – В голосе Ривера звучала мука. – Не делай этого.
– Делаю что? Я ни черта не понимаю, о чем ты говоришь.
Что еще мне остается делать?
Он начал что-то говорить, но я оборвал его:
– Чем дольше мы здесь останемся, тем больше шансов, что объявится Эвелин Гонсалес и, не успеешь опомниться, как школа наполнится слухами.
– Холден…
– Так что нам лучше сделать все по-быстрому.
Пока время не вышло.
Я кинулся к нему и поцеловал его. Сначала наткнулся на кирпичную стену, но затем жесткие губы Ривера смягчились, сквозь них вырвалось разочарованное рычание. Он ответил на поцелуй. Грубо. Отчаянно. Мы яростно хватались за одежду, шарили по телу, ведя невидимую войну. Похоть и боль смешались. Мы бросались в объятия друг друга, несмотря на обстоятельства, которые нас разлучали.
И ведь в этом нет необходимости. Он может изменить все одним словом.
Но Ривер оказался в безвыходной ситуации, и как бы сильно это ни убивало меня, я не мог повлиять на его решение.
Умом я все понимал, но внутри пульсировала боль. Как шторм, набирающий силу с каждой секундой, превращающийся в безрассудный, маниакальный торнадо, изгоняющий холод. Мои поцелуи стали жестокими. Болезненными. Я скользнул по его футболке ниже, заставляя его член натянуть ткань джинсов под моей рукой. Я сделал это только потому, что знал, что он в моей власти.
Ривер застонал и оттолкнул мою руку, но все равно крепче вцепился в меня, как будто не хотел отпускать.
Но он это сделает.
Я задрал его футболку, чтобы засунуть руку за пояс джинсов, обхватить его, заставить страдать от желания. Наказать.
Он схватил меня за запястье.
– Холден…
Мое имя обернулось шипением, когда я больно впился зубами в твердый канат мышц между его шеей и плечом. Ривер выругался и оттолкнул меня.
– Какого черта?..
