Когда закон бессилен

— И хоть бы что-нибудь, — с досадой добавил он, — а то вообще никакого движения. Вечером эти придурки, — сказал он, имея в виду бойцов военизированной организации Зяблова, — из себя мастеров каратэ строят. А так… — выражая крайнюю досаду, выматерился. — Постой, — опомнившись, взглянул на Василия, — а как ты узнал, что Басов ранен?

— Мне мать в деревню позвонила, — вздохнул он, — я и подумал, что, может быть…

— Вообще-то ты вовремя появился, — дружески хлопнул его по плечу Сергей. — Ведь ты еще не работаешь, так что нашего полку прибыло.

— Товарищ капитан, — поднимая рюкзак и направляясь за вошедшим в густые кусты Феоктистовым, решился Василий. Но ведь ваше наблюдение незаконно. И даже если бы вы что-то и увидели, то…

— Федор! — позвала плотная женщина. — Ты дома?

— А где же! — сердито отозвался Зимин. — Перекусить заскочил. Сейчас усилены патрули, всех на розыск бросили.

— Постового убили и в ПМГ стреляли, — дожевывая котлету, промычал Зимин. — Какой-то мужик раздробил старшему сержанту голову, когда тот… — икнув, он повалился лицом на стол.

Обернувшись на звук упавшей со стола тарелки, женщина шагнула к мужу. — Опять нализался? А гово… — увидев торчащую между лопаток мужа ручку ножа, пронзительно закричала и бросилась к двери. От сильного удара в челюсть упала. Филимон замахнулся чугунной сковородкой и ударил женщину.

— Что? — поразился Феоктистов. — Граф в Саратове?

— Точно, — хмуро кивнул седоватый майор. — Экспертиза установила: револьвер Графа в ПМГ стрелял.

— А может, его кто-то подставить хочет? — предположил Сергей. — Ведь…

— Это одна из рабочих версий, — оборвал его подошедший полковник милиции. — Но главное сейчас — закрыть город, чтобы мышь не проскочила. Из Пензы Граф сумел уйти. Да еще на даче одного мафиози пострелял. Граф — хищник. И не остановится ни перед чем. Так что…

— Товарищ полковник! — обратился к нему возбужденный молодой мужчина в штатском. — Свидетели узнали Суворова. Это он убил старшего сержанта! Сначала составляли фоторобот.

И вдруг…

— Значит, Граф, — буркнул полковник. Взглянув на помрачневшего Феоктистова, спросил. — Еще вопросы есть?

— Все ясно, — капитан кивнул.

— Впрочем, ты в отпуске, — с досадой вспомнил полковник.

— Потом догуляю, — отходя, бросил капитан.

— И ты согласилась? — отступив на шаг, Валентина Анатольевна всплеснула руками. — Но ведь ты знаешь, какой он че…

— Знаю, мама, — вздохнула Валентина. — Но выбора у меня действительно нет.