Быстрый обед и снова дорога — бесконечный лес, узкие тропы и величие природы. От длительной езды жутко болели спина и ягодицы, а силы, чтобы унять или хотя бы смягчить боль, не было. Но ко всему этому я уже привыкла, хотя монотонность пейзажа начинала надоедать и клонило в сон.
Внезапно возникла мысль, что я уже стала забывать о Заречье, о верном Полкане, о старенькой Райе.
— Где мы будем ночевать? — тихо поинтересовалась у Ирбиса, старательно подавляя зевок.
К нему я тоже уже привыкла и старалась не думать о том, что будет дальше.
— Еще одна наша стоянка, — ответил тот.
Оставалось надеяться, что не под открытым небом.
— За нами еще следят?
— За нами следуют… И будут следовать до самой границы.
— Может, нам не стоит останавливаться на ночлег? Киан и Крис спокойно поспят во время пути, а я выдержу.
— Ты, может, и выдержишь, а лошади нет. Им нужен отдых. Не переживай, все будет хорошо. — Ирбис положил руку мне на бедро. Как у него так получается, вроде такой интимный жест, а пошлости в нем не было.
Хотя жар его руки нашел отклик в моем сердце.
Кивнула, задумчиво рассматривая проплывающие мимо нас кустарники. Мне бы его уверенность и спокойствие.
— Расскажешь мне о Долине?
Если его мой вопрос и удивил, то виду он не подал.
— Что тебя конкретно интересует?
— Многое. Ты же знаешь, что в Империи принято считать, будто перевертыши — дикари, которые живут в ямах, выкопанных собственноручно, и следуют только своим животным инстинктам, периодически совершая набеги на Империю, дабы похитить молодых магов.
Тихо рассмеялся, вызывая мягкие волны по всему телу.
— Ты утрируешь.
— Может быть, но ты и сам знаешь, что нам почти ничего не рассказывали о вас и вашей жизни.
— Знаю, — Снежный задумался. — С чего бы начать. Мы называем наш дом Долиной, но на самом деле перевертыши занимают гораздо большую территорию. Долина — это наше сердце, наша столица. У нас нет императора. У нас есть Совет двенадцати лордов.
— Двенадцати?
— Да. Именно двенадцать перевертышей когда-то нашли и первыми стали жить в Долине.
А это их потомки.
— И Крис — один из двенадцати лордов?
Теперь-то мне был понятны его гонор и уверенность в собственной исключительности.
— Крис его внук. Долина и прилегающие территории поделены на двенадцать секторов, каждый сектор находится в подчинении своего лорда… Раз в семь лет один из лордов становится послом.
— Избирается или становится?
— Становится, строго по очереди.
