Не выйдет она замуж! Будет искать способ снять проклятие! Заставит Асвёра ей помогать! Она до остановки сердца любит этого упертого дракона, слишком ответственного, чтобы поставить свое счастье выше блага подданных. Так любит, что и помыслить не может жизни без него. Пусть лучше задохнется в его каменных объятиях, чем будет дышать без Эйнара."
"Дракон в крепких объятиях сжимал свою искорку, целуя в первый и последний раз. Нежная, ласковая, спокойная, она отличалась от дракониц как тихий ручей отличается от камнепада.
Так же по капельке проникала в его сердце, как ручей разрушает скалу на своем пути. Любит ее всем своим сердцем. Не мог оторваться от сладких губ, чтобы прошептать слова утешения. Мысленно ругал себя, что потратил столько времени впустую, ведь только с ней он был по настоящему счастлив.
– Люблю тебя, моя искорка, – наконец-то смог произнести. – Инга, любимая.
– И я тебя люблю, – вторила она, вглядываясь в мерцающие золотые глаза. Неужели она когда-то боялась его? Неужели ее пугали вертикальные зрачки? Как же глупа она была.
– Если бы я мог вернуть время вспять, ни мгновения бы не терял, – Эйнару казалось, что уже не чувствует ног, руки как-то хуже слушаются, да и сердце стучит глуше. – Я бы проводил с тобой каждую свободную минуту. И сегодня бы вел тебя гордо, показывая всем, что у меня есть самое важное сокровище. Мое сердце.
Инга снова потянулась к его губам, когда по храму начал разливаться холодный бледно-голубой свет.
– Ну вот и конец, кажется, – прощально улыбнулся Эйнар.
– Не надо, – взмолилась Инга, – Создатель, не надо. Зачем так жестокого? Эйнар, мой любимый дракон, – она снова потянулась за поцелуем. – Я найду способ расколдовать тебя, – прошептала в самые губы. А свет становился все ярче.
– Как интересно, – вдруг неожиданно раздался глубокий насмешливый голос. – Раньше в храме этим было заниматься запрещено.
Эйнар и Инга повернулись в сторону голоса.
– Мамочки, – пискнула искра, прижимаясь к дракону.
– Ты права как никогда, – произнес ошарашенный Эйнар. – Мама? Отец?
Он не верил своим глазам. Родители пропали так давно, что никакой надежды их отыскать уже не было.
– Эйнар, дорогой мой сынок, – драконица, чертами лица похожая на Далию, мягко улыбнулась. – Как я счастлива тебя видеть, – по ее щеке скатилась одинокая прозрачная слезинка.
– Совсем взрослый стал дракон, – по-доброму усмехнулся отец, он крепился, но и в его глазах стояли слезы.
