Ссадив Ингу со своих колен на пол, Эйнар поднялся и бросился обнимать родителей.
– Но... – он удивленно смотрел, как его руки прошли сквозь их тела. – Я не понимаю...
– Сынок, – мать ласково провела призрачными пальцами по его щеке. – Мы теперь свободны. Познакомь нас со своей избранницей, – попросила она.
Эйнар обернулся к Инге. Она, поднявшись, отряхнула подол платья и подошла к нему, вставая за плечом.
– Моя искра, – он передвинул девушку вперед. – Моя избранница, мое сокровище, мое сердце – Инга, – представил ее.
– А это мои родители – лорд Аркелл и леди Сонья из рода Золотых драконов.
Инга присела в глубоком реверансе. Пусть супруги были призрачными, но они все-таки правители. И родители ее любимого дракона. Золотые глаза лорда Аркелла были точь-в-точь как у его сына. А у леди Соньи они были прозрачно-голубыми, льдистыми. Она видела эту пару на одном из портретов, но он не передавал всего обаяния, исходившего от драконицы.
– Мы рады, что ты нашел свое сердце, – лорд Аркелл остановил взгляд золотых глаз на Инге, вновь прижимающейся к их сыну.
– Как бы мне хотелось обнять и тебя, и Далию... И как жаль, что это невозможно.
– Но почему? – Эйнар силился понять, что происходит, но мысли разбежались и в голове было пусто.
– Сын, у нас не так много времени. Лишь до первого луча Солэ, – серьезно проговорил лорд Аркелл. – Это наказание за проступок твоего деда. Когда он убил своего сына... Моего брата...
– Ох, – вздрогнула Инга, прикрывая рот ладонью.
– ...и его любимую – эльфийскую принцессу, то навлек на себя гнев Создателя, – продолжил отец Эйнара. – Мой отец... Он провел ритуал, чтобы я смог занять трон. Вот только последствия были печальными: Создатель закрыл храм, жилы стали истощаться...
– А теперь почти и не рождаются дети, – скорбно добавил Эйнар. Леди Сонья всхлипнула.
– И чтобы это остановить, я решил упросить Создателя забрать мою жизнь, но вернуть драконам процветание. А Сонья, – он так ласково посмотрел на супругу, что Инга опять расплакалась, пошла за мной.
– Нам было отказано, – драконица погладила супруга по плечу. – Как проклятье легло на драконов, так должно было и быть снято, – она перевела взгляд на искру. – Правитель драконов должен был полюбить, казалось бы, самую неподходящую, да так сильно, что решил бы отдать за нее жизнь.
– А до тех пор любой, вошедший в храм, – вновь заговорил лорд Аркелл, – каменел, как только его нога переступала порог.
