Ящики длинные, чуть ли не в мой рост. Железные уголки и два замка-защелки. Открыл. Ружейный ящик. Потрогал казенник. В принципе, почти современное оружие. Судя по штыку, это действительно половина девятнадцатого века. Ящик поменьше. Пистолеты. Точно попал в девятнадцатый век. Но куда? Чье это судно? Куда плывет. Если точно получилось с перемещением, то сейчас 1854-й год и идет Крымская кампания. И я в трюме с оружием. Нашел бочонки с характерным запахом. Дымный порох, возможно, артиллерийский.
Сколько еще плыть на корабле, не известно. Нужно искать выход. Где-то должна быть лестница выхода из порохового погреба. Она должна быть именно в расположении запасов пороха. Там, где ящики с оружием, должен быть большой погрузочно-разгрузочный люк. Судно парусное. Шума машин не слышно. А, может, это просто баржа? Может, и баржа. Ага, вот и лесенка. Поднялся. Люк. У люка должен обязательно стоять часовой.
Начал стучать и кричать:
- Эй, откройте дверь!
Вдруг люк открылся.
Яркий свет ослепил. Кто-то сильной рукой вытащил меня, бросил на палубу и стал пинать сапогом:
- Ты з видкиля здесь взявся, морда москальская?
Я кое-как уворачивался от ударов, потом изловчился, сунул ногу между ног обидчику, а второй ногой толкнул. Он упал. Я быстро вскочил, выхватил саблю да как закричу:
- Пся крев! Цо то ест?
- Пшепрашам бардзо, пан, - мой обидчик даже в лице переменился, - муве трохэ по польску, сие помылил...мам до пана велико просбэ.
..
- Слухам, - ответил я.
- Чи зна пан езык росыйски?
- Муве по росыйски, - ответил я.
- Извините, пан, обознался зовсим, вас не знаю и на посадке не видел, потому так и подумал, что вы лазутчик иноземный, - чуть не ползал в ногах мой обидчик.
- А ты сам-то кто такой? - спросил я.
- Та бродник я, - ответил малоросс, - буду пути проведывать у Бахчисарая.
- Откуда же ты пути эти знаешь? - спросил.
- Татары крымские меня в туретчину продали, а там я в мамелюки поступил.
Вот имею поручение провести французов в район Бахчисарая, - сказал лазутчик.
Да, вместо ненависти к работорговцам служение их хозяевам и работа проводником на интервентов лишь бы досадить москалям. Тьфу. Бандеровец какой-то.
- Что здесь случилось? - французский голос заставил меня вздрогнуть. Ставший почти родным язык сказал, что наконец-то я сяду в обществе образованных людей, посидим, обговорим последние события.
