Колечко с бирюзой

Они сияли и лучились такой нежностью и любовью, что на мгновение ей захотелось плюнуть на все свои принципы, прижаться к нему, почувствовать сильные мужские руки. Однако Наташа быстро опомнилась и, отстранившись, поспешно сделала несколько шагов к выходу из кухни. Петр попытался удержать ее за руку:

— Постой, Наташа, мне надо серьезно поговорить с тобой.

Наташа почувствовала, что краска стыда заливает ей щеки. Она негодующе выдернула руку из его ладоней:

— Что вы лезете со своими объятиями? Разве я кукла какая-нибудь?

— Я вовсе не думал тебя обижать, — растерялся Петр, — просто, ты очень мне нравишься, и я хотел сказать тебе об этом.

Наташа смягчилась:

— Не стоит об этом, Петр Васильевич! И не надо забивать себе голову такими мыслями. Скоро я надолго уеду, и у вас будет достаточно времени, чтобы понять, насколько все это несерьезно."

"— Нет, ты ошибаешься. — Петр посмотрел на нее исподлобья. — У меня это как раз серьезно! Жаль, что не понимаешь, как это серьезно. — Он тяжело вздохнул и спросил: — Писать хотя бы позволишь?

— И это тоже ни к чему! — Наташа отошла к окну, присела на подоконник.

 — Терпеть не могу писать письма и, если даже напишете, сразу заявляю, отвечать не буду. Я своим однокурсникам и то отказываю.

— Спасибо за честность! — Петр криво усмехнулся, желваки заходили на его скулах. — А я все думаю, что это ты меня по имени-отчеству кличешь. Сейчас догадался: стар я для тебя, видимо?

— Простите. — Наташа поняла, что разговор скатывается не в то русло, и встала с подоконника.

 — Давайте закроем тему. Меня не интересуют ни старые, ни молодые, ни в чьих ухаживаниях я не нуждаюсь. И вообще в ближайшее время менять свою жизнь не собираюсь. Пока у меня другие проблемы!

Девушка вежливо попрощалась с соседом, даже проводила до калитки и со спокойной совестью отправилась спать. Через два дня уехала в Ленинград и принципиально ни на одно письмо Петра не ответила. Наташа складывала непрочитанные письма Петра в шкатулку, чтобы летом вернуть их отправителю.

И вернула, после чего Петр ровно три дня не появлялся у них дома. Обижался. А потом, как ни в чем не бывало, возник на пороге и приступил к новому этапу ухаживаний.

Теперь он совсем не скрывал своих намерений и всю энергию направил на Анастасию Семеновну, постепенно, шаг за шагом превращая ее в союзника. Поначалу бабулю смущала слишком большая разница в возрасте. Но очевидные положительные черты характера потенциального зятя сломили наконец ее сопротивление.