Колибри

И он был достаточно хорошо сложен, к тому же занимался спортом. Что–то подсказывало мне, что, если завяжется драка, то живым уйдёт только один из них, и, глядя на лицо Саши, не трудно было догадаться, кто. Я никогда не видела его в ярости, точнее видела один раз, когда дала ему пощёчину в номере, но это явно были цветочки. От осознания этой мысли, меня охватил тихий ужас, и я мягко потянула Никиту к себе, сказав:

– Не надо, пожалуйста. Пойдём отсюда.

Он отступил, и Саша сделал шаг вперёд, подозрительно прищуриваясь.

Он посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Никиту, а затем снова на меня. Внезапно его лицо исказила болезненная гримаса, и он тихо произнёс:

– Я видел его в клубе.

Я только кивнула, представляя, какие мысли гуляют в его больной голове. Никита положил руку мне на талию и притянул к себе ближе, и я почувствовала, как он напряжён.

– Вот, значит, как ты поступаешь, – сказал Саша, опустив голову.

Он сделал глубокий вздох, а потом поднял лицо и посмотрел на меня своим обычным строгим взором.

Таким же, которым он смотрел на собеседовании.

– Что ж. Как знаешь, Алиса. Мне надоело играть с тобой в эти детские игры. Приятного вам вечера, – он кивнул моему спутнику, – Простите за недоразумение.

С этими словами, он развернулся и вернулся в машину. Резко дёрнувшись с места, он умчался прочь.

– Да уж, – промычал ему вслед Никита над моей головой.

Я ничего не ответила. Я была не в силах что–либо сказать. Потому что, я испытала то, что не испытывала уже много лет.

В моей груди снова пробили зияющую дыру, и её рваные края начали кровоточить, причиняя нестерпимую боль с каждым новым вздохом. Словно моё сердце вырвали голой рукой, сломав при этом рёбра и разорвав лёгкие в клочья.

Добравшись до дома, я всё–таки смыла с себя краску и нашла в себе силы поговорить с мамой. Рассказав о том, что выкинул Саша сегодня вечером, я ожидала от неё какого–нибудь толкового совета, но она сказала только:

Я ворочалась в кровати уже третий час, и постоянно думала над её словами.

Мысли сбивчиво кружились в голове, а перед глазами то и дело всплывало отчаянное лицо с тёмными глазами. Повернувшись к Тео, я прислушалась к его дыханию. Потом поцеловала его в макушку, и тихонько встала с кровати. Натянув спортивные брюки и толстовку, я вышла из комнаты и постучалась к маме в спальню.

– Алиса? Что случилось? – сонно спросила она, включая свет ночника.

– Мам, мне нужно съездить к Саше.