Колибри

Когда моя возможная спасительница показалась в проходе, я позвала её жестом и спросила по–фински:

– Простите, в самолёте ещё есть свободные места? В любом классе? – мой голос предательски дрогнул.

– К сожалению, нет, – покачала головой девушка, и удалилась.

Я со свистом выдохнула, плюхнулась обратно в кресло, и закрыла лицо ладонью.

– Поздравляю, – проворковал мой сосед, и я в ярости уставилась на него.

– С чем?! – спросила я, взвизгнув.

– Со свадьбой, – он кивнул на золотое кольцо на моей правой руке, и я невольно в него вцепилась.

Под его испепеляющим взглядом оно как будто плавиться начало.

– Что ты здесь делаешь? – прошипела я.

– Лечу в Женеву, – довольно улыбнулся этот гад, – Готов поспорить, что ты делаешь то же самое.

– Господи, за что мне это?! – тихо спросила я, поднимая глаза вверх.

Ответа оттуда не последовало, зато я услышала громкий смех справа от себя. Я зажмурилась в надежде, что всё это сон, но когда открыла глаза, уставилась в кожаную спинку кресла передо мной. Я не сплю, это реальность.

Я лечу, бизнес классом рейса Хельсинки–Женева, и рядом со мной сидит мой бывший босс и просто бывший. Если кого–то можно сегодня назвать неудачником, то меня и только меня. Я побила все рекорды по невезучести.

Из динамиков раздаётся голос капитана, стюардесса встаёт в проходе и начинает показывать, как пользоваться кислородными масками, спасательным жилетом, машет руками в разные стороны, показывая аварийные выходы… А я уставилась в невидимую точку где–то в воздухе, и ищу у неё ответа на вопрос: «Что делать?».

Я даже не замечаю, как самолёт начинает своё движение и опоминаюсь только тогда, когда стюардесса подходит ко мне и просит пристегнуть ремень безопасности. Я делаю это машинально, как робот, и закрываю глаза. Во рту пересохло, в самолёте стало нестерпимо жарко, лоб покрывает испарина. Я вцепилась в подлокотники своего кресла со всей дури, и задержала дыхание. Когда самолёт разогнался, я пребывала в полуобморочном состоянии. Когда он дёрнулся, поднимаясь в воздух, я тихонько пискнула, и закусила губу.

Вы думаете, на этом моя пытка закончилась? Как бы ни так! Холодные пальцы коснулись моей напряжённой руки, а потом его губы прошептали мне прямо в ухо:

– Алиса, дыши. Всё хорошо.

Я чуть не завопила от ужаса, потому что от этого шёпота я едва не растеклась по сиденью. Издав нечленораздельный звук, я дёрнулась и отодвинулась настолько далеко, насколько это было возможно. Сами понимаете, вышло это неважно.