Коллега

), те грамотно пропасли клиента до места ночлега и после этого еще целую неделю шлялись за ним как привязанные. Почувствовал ли он наблюдение? Нет, конечно, «семерка» в прошлом и не таких ухарей водила, а мастерство, как известно, не пропьешь, сколь ни старайся.

В результате той нашей встречи без галстуков, ему стал известен (пусть, и не полностью) только адрес специально снятой для этого дела квартиры. Я же узнал много, много больше. Деды из бывшей серьезной службы бывшей крутой конторы постарались на славу и отработали каждую копеечку.

Почему он решил меня именно сдать, а просто не проплатил «десятку» вечнозеленых какому-нибудь отставному биатлонисту? Понятия не имею и даже не хочу об этом задумываться. Просто уверен, что если бы задержание все-таки состоялось, шансов остаться в живых у меня бы не было. Кто-нибудь из группы захвата или оперов обязательно открыл бы огонь на поражение и вряд ли промахнулся. Такие вот дела.

Я достал из кармана трубку, мой дорогой работодатель, как сейчас принято говорить, менеджер проявился после третьего длинного гудка.

— Алло, это вы? — ударил в ухо дробный тенорок.

— А кого вы ожидали услышать, — любезно отозвался я, — Монику Левински? Вы, вообще, собираетесь приезжать на встречу, или перенесем ее поближе к Новому году?"

"— Бога ради, извините, попал в пробку, буду на месте буквально через пять минут.

— Поторопитесь, — ехидно молвил я и отключился.

Помнится, в нашу первую и, как оказалось, последнюю встречу, он много говорил о грядущем увеличении объема работ и навязчиво предлагал своих людей в помощь.

Я опять взял трубку и набрал номер.

— Где он?

— На даче. Мои действия?

— По первому варианту.

— Понятно.

— Доложишь по исполнении.

— Есть, сэр! — бодро ответил он, и я нажал на красную кнопочку, заканчивая разговор.

Ну, вот и все. Очень скоро я останусь без мудрого руководителя и работодателя, совсем, совсем один. Причем, эта потеря меня совершенно не огорчает. Наступает время совершенно другой работы и приятных сюрпризов в графе «сумма прописью».

* * *— Поторопитесь, — с издевкой сказал собеседник, послышались короткие гудки, разговор закончился.