Остался один, но самый главный вопрос: где деньги?
— Излюбленный вопрос всех времен и народов, — хмыкнул невесело подполковник Варин и развел руками: — И ответ предсказуемый до оскомины: неизвестно! — И обратился к Башкирцеву: — Есть шанс обнаружить деньги?
— Возможно, что и есть, спецы из отдела «К» пытаются отследить трафики проведения денежных средств, но говорят, что маловероятно. К тому же если средства прошли несколько офшоров, то… но ребята будут работать, — и он пожал плечами.
— Понятно, — вздохнул полковник.
— А оба брата-акробата, единственные, кто владел информацией, убиты. Ну, что ж, пройдемся подробно по доказательной базе и по показаниям.
— С вашего разрешения, мы с Кирой Андреевной вас покинем, — поднялся с места Башкирцев. — Ваши ребята занимались основной оперативкой и прекрасно с ней справились, им и дело закрывать. А информацию из Интерпола, от европейских коллег и отдела «К» я передал капитану Марчуку, он и доложит."
"— Конечно, конечно, Илья Георгиевич, — поспешил отпустить гостя московского поскорей и желательно подальше полковник, — рутиной мы уж тут сами.
В машине мы молчали какое-то время, обдумывая каждый свое. Я долго смотрела в окно на улицы, которые мы проезжали, а потом не удержала в себе грустных размышлений и, печально вздохнув, поделилась невеселыми мыслями:
— Вот так взял и убил брата, с которым прожил всю жизнь, из страны бежал и дела делал. Из-за каких-то паршивых денег убил. Каждый раз, сталкиваясь с человеческим скотством, расстраиваюсь ужасно.
Что бы ни натворил Аркаша, он был легким, без глубинных страстей и злодейства нечеловеческого, и уж точно не мог ненавидеть, впрочем, как и любить.
— Они обирали одиноких стариков и отправляли их в деревенские развалюхи, присваивая квартиры, а еще продавали им БАДы из аскорбинки и мела и аппараты из трех пластмассок, вымогая последние деньги у пенсионеров, собранные ими по крохам на черный день. Так что не настолько он безгрешен, — напомнил Илья.
— А я не говорю о невиновности. Он делал это, осознавая, что делает, но не сам же он со стариками общался, были для этого исполнители низшего звена. Уверена, что Аркашу мало волновало, что и каким образом совершается, главное — деньги капают. Я не назвала бы его тупым, он еще тот хитрован был и мошенник, но в нем не нашлось чистого, глубинного разрушительного злодейства, а в Максе оно сидело. Я это чувствовала и испытывала к Максиму брезгливость.
