А я уже доставала сотовый, чтобы вызвать «Скорую».
Но оказалось, что нашлись другие вызывальщики.
— Игорь Дмитриевич!! — заорал кто-то у меня над ухом, рухнув рядом со мной на колени. — Живы? «Скорая» уже едет!
— Тихо, Леш, не ори, — отозвался раненый и просипел: — Вон, девушке спасибо, спасла.
— Ты? — взревел мужик рядом, посмотрев на меня.
Охранник, поняла я — в легком льняном темном пиджаке поверх белоснежной рубашки, под которым угадывалась наплечная кобура с пистолетом. Нормальный мужик, никакой не качок бритый, с вполне умным взглядом.
— Рубашку снимай! Быстро! — потребовала я.
— Что? — опешил он.
— Давай, надо рану заткнуть, кровь остановить!
Сообразил он сразу, о чем я говорю, но рубашку снял не с себя, а с подчиненного, еще одного охранника. Их вообще-то трое обнаружилось вместе с Лешей этим.
— Где ж вы были, охраннички? — прикрикнула я на него в запале, прикладывая сунутую мне в руку рубашку к ранам.
— Не трави душу! — гаркнул Леша, но все же снизошел, пояснил: — Игорь Дмитриевич распорядился с ним не ходить.
Вдалеке отчетливо послышались сирены, перекликающиеся друг с другом, приближаясь к нам, и меня вдруг совершенно неожиданно накрыл отходняк. Такое ощущение, словно кровь в момент отлила от головы и груди и, вспенившись, ударила в ноги.
— Э-э-э, девонька, — заботливо протянул Алексей. — У тебя отходняк начался, адреналин зашкалил. Иди-ка ты, посиди вон у деревца. Мы сами тут разберемся.
Я послушно кое-как дотащилась до сосен и села под одной из них, оперлась спиной на ствол и, вытянув ноги, отстраненно смотрела на суету вокруг раненого.
Отходняк я схватила конкретный, в этом охранник Леша был совершенно прав.
Так и сидела, когда приехала «Скорая», а за ней полиция. Меня о чем-то спрашивали, я отвечала, не понимая, что говорю, и тут же об этом забывала, мужчины понимающе и сочувственно кивали, глядя на меня с жалостью, и кто-то сунул мне в руку бутылку с водой, а я все сидела и не двигалась с места.
Через какое время меня стало потихоньку отпускать, как-то постепенно сердце угомонилось, сознание прояснилось, я даже воды попила и пришла в себя настолько, что уже полностью соображала, и принялась с интересом наблюдать за тем, что происходит вокруг.
И тут какой-то мужчина наклонился ко мне и сказал с заботливыми нотками в тоне:
— Вон следователь приехал. Башкирцев Илья Георгиевич его зовут. Он сейчас вас опросит, а потом, наверное, и домой можно.
— Спасибо, — отчего-то поблагодарила я и посмотрела туда, куда он указал.
