Самое сложное для группы – ступень Мэллори, там лестницы и очередь, но на всем протяжении маршрута за клиента отвечают гиды. Гиды устанавливают высотные лагеря, готовят пищу, помогают переодеться, меняют кошки и кислородные баллоны, даже карабины перестегивают, если понадобится. С такой опекой на Эверест поднимется и безногий – и кстати, это случалось уже дважды, если мне не изменяет память. От клиента требуется платить и по возможности не устраивать истерик. Даже опыт горных подъемов не обязателен. Поэтому на Эвересте толпы бездельников вроде Юрия, которым нужно поставить галочку в списке своих достижений.
Ты заметил, что больше ни он, ни Яровая не ходили в горы? В их случае это дорогостоящее одноразовое развлечение. Что-то вроде чрезвычайно утомительного Диснейленда. Зато Яровая сняла с этого путешествия столько сливок, что ее до сих пор зовут на передачи, где она с чистосердечным видом рассказывает, что нужно не бояться идти за своей мечтой, если хочешь чего-то достичь. Это как раз то, о чем я тебе говорил: мифологизированная биография автора творит чудеса.
7Возле здания, в котором располагался офис Мирона Кудесникова, перекладывали асфальт. Пахло пылью, прибитой дождем, прохожие шли по обочине, перешагивая лужи, рабочие в оранжевых жилетках на голое тело перекрикивали шум машин и грохот отбойных молотков, которыми разбивали бордюры.
– Золотодобыча какая-то по всей Москве, чтоб их, – злобно сказал Бабкин, пробиваясь через толпу. – О, вон он, уже ждет.
Кудесников махал им рукой, стоя перед крутящейся стеклянной дверью.
– Внутри сядем, там хоть прохладно, – распорядился Мирон, когда они подошли. Глаза его были закрыты солнечными очками. – Времени у меня немного, давайте сразу к делу.
Они разместились в вестибюле. Несмотря на субботу, здесь тоже было шумно: мимо сновали офисные работники, бегали курьеры с рюкзаками, мелодично тренькали поочередно два лифта, предупреждая, что двери закрываются.
На этот раз Бабкин взял на себя ведущую роль.
– В связи с делом Габричевского мы изучаем всех, кто был с ним знаком. Сейчас речь о Юрии Кожеватове. Знакомая тебе фигура?
Мирон усмехнулся, снял очки. В пальцах у него была зубочистка. Он вылущил ее из упаковки и забросил в рот. «Ну ковбой, ё-моё», – подумал Бабкин. Ему пришло в голову, что Мирон и Юрий могли бы образовать идеальную киношную пару.
– Фигура знакомая, – проговорил Мирон. – Виделись несколько раз после семинаров. Однажды довелось пообщаться.
