Коломбина для Рыжего

Но только после того, как увижусь кое с кем и попробую решить твой вопрос. Ведь ты за этим ко мне пришла? Ты только что повязала меня обещанием, милая, а обещание, согласно условиям, надо выполнять. Тем более, после такой благодарности. Скажи, ты знала, что это снова произойдет между нами?.. Поэтому так оделась? Я не против, девочка, мне нравится, что ты всегда доступна для меня. Видит Бог, я старался держаться, но тебе под силу растопить любой лед, Коломбина, ты знаешь?

Я замираю под его руками от ощущения внезапного холода, овеявшего меня.

В одно мгновение с ударившими в сердце словами Бампера, остудившего разлившийся под кожей жар, словно окунувшего мою глупую голову в ушат с ледяной водой.

Рыжий спрашивает, как ни в чем не бывало, все так же крепко вжимаясь в меня своим телом, касаясь губами, но я знаю, что от него не укрылась перемена во мне.

– Что случилось, милая? Чего напряглась? Я же сказал, что решу вопрос. Не видать твоему Мишке трассы, как собственных ушей. Во всяком случае, сегодняшней ночью точно.

А там посмотрим."

"– Убери… – горло вдруг перехватывает стыд, замешанный на гневе, и жгучая досада на себя. На собственную дурь и похоть, что когда-нибудь таки сбросят меня в пропасть самоуничижения, ударив о дно так сильно, что не смогу подняться. На Рыжего, в который раз заставившего потерять голову, и на его слова – отрезвляющие, правдивые, как бы больно ни прозвучали. – Убери руки, мне трудно дышать. П-пожалуйста…

Он позволяет мне оттолкнуть его, и я отворачиваюсь. Стремительно одергиваю вниз задравшуюся к талии юбку, натягиваю на бедра, сползшие к щиколоткам простенькие бикини – ни капли не сексуальные, что бы там Рыжий себе ни думал насчет одежды, выбранной специально для него.

Поправляю на груди топ, шаря по столу одеревеневшей рукой в поисках куртки.

– Спасибо за помощь, – сцеживаю благодарное сквозь зубы. – Мне надо идти.

– Куда? – кажется, парень удивляется. Странно, если брать во внимание тот факт, что совсем недавно он сам спешил на встречу.

Куртка лежит на полу, рядом с брошенной сумочкой, и я наклоняюсь, чтобы поднять ее.

Натягиваю мокрую на себя, тщетно пытаясь ухватить непослушными пальцами тонкий кожаный ремешок.

– Эй, Коломбина, я задал вопрос.

Я молчу, одеваясь, стараясь не смотреть на парня, и Бампер притягивает меня к себе за локоть. Поворачивает за плечи, не одернув рубашку, но успев застегнуть брюки.

– В чем дело? Что я не так сказал?

– Все так. Пусти! – я напрасно пытаюсь сойти с места, направляясь к двери.