Команда Бешеного

С опаской ступив на сверкающий мраморный пол, Бондарь остановился и завистливо огляделся вокруг.

— Не к шаху ли вы меня привезли, уважаемые? — ехидно поинтересовался он у сопровождающих — двух огромных угрюмых азиатов, одетых в облегающие безрукавки, под которыми играли груды мышц. Не дождавшись ответа, он хотел двинуться вперед, но оба атлета придержали его за плечи, и Бондарь понял, что лучше не испытывать судьбу и спокойно ожидать приглашения.

Ждать долго не пришлось. Вскоре вышел здоровенный парень лет двадцати и сказал по-русски:

— Мой господин очень занятой человек, поэтому не огорчай его своей пустой болтовней.

— Вы так все хорошо объясняете, что трудно не понять, — насмешливо отозвался Бондарь. — Хотя мне и хочется кое о чем спросить, но я не буду этого делать.

— И это будет правильно, — сказал он голосом, настолько похожим на голос бывшего Президента бывшего Советского Союза, что Бондарь даже вздрогнул и покачал головой.

— Тебе бы не в охране работать, а на сцене: больше пользы было бы.

— Ничего, я и здесь пользу приношу, — усмехнулся парень. — Вперед!

Они вошли в просторный кабинет, хозяин которого восседал за массивным столом с многочисленными телефонными аппаратами и компьютером.

Охранник подвел Бондаря к столу. Они остановились метрах в двух перед хозяином кабинета.

— Присаживайтесь, молодой человек, — кивнул тот, указывая на стул.

Бондарь сел, спокойно закинул ногу на ногу и уставился на своего собеседника.

— Вы так себя ведете, словно приглашены в гости на обед, — усмехнулся он.

— А разве обеда не будет? — нахально спросил Бондарь. — Кто вы?

— Меня зовут Большой Стэн — ответил он, вставая с кресла.

— Большой? — хмыкнул Бондарь, внимательно рассматривая еле видневшегося из-за стола хозяина кабинета.

— Вас что, не устраивает мой рост? — бросил тот с явным раздражением. — Нет-нет, все в порядке! — попытался успокоить его Бондарь, понимая, что перешагнул границу дозволенного.

— Вот и хорошо, — сказал Большой Стэн.

— И отчество тоже, разумеется. Бондарь? — Как вы догадались?

Несколько секунд Большой Стэн смотрел Бондарю в глаза, словно надеясь, что он одумается и начнет честный разговор, но он молчал, и Большой Стэн потянулся к одной из папок. Достал оттуда листок и стал читать:

— Коломейцев Георгий Викторович, родился в городе Горьком двадцать восьмого сентября тысяча девятьсот шестьдесят девятого гола.