Команда Бешеного

Теперь только бы не упустить свой шанс!

— Секретных операций было много… — осторожно заметил он.

— Такая была только одна! — резко оборвал его Большой Стэн. — Речь идет о пяти контейнерах, которые ваша группа спрятала в горах Кандагара.

— Откуда вам известно об этом? Все же погибли… — удивился Бондарь.

— Не все. — Большой Стэн сделал паузу. — Ты же, малыш, выжил! — Он улыбнулся. — Короче! Тебе известно, что в этих контейнерах? — Золото, драгоценности, — не моргнув глазом, ответил он.

— Очень хорошо! — Большой Стэн с трудом скрывал волнение.

 — Надеюсь, ты не позабыл это место? — Он хитро прищурился.

— Прошло слишком много времени… — протянул Бондарь. — Трудно сказать… — Он специально не говорил ни да ни нет.

— Напомнить тебе о том, что я сказал ранее? — улыбнулся Большой Стэн, понимая игру парня.

— Ну, на это-то у меня памяти хватает! — серьезно произнес он.

— Прекрасно! Ты отводишь отряд на место захоронения и получаешь полную свободу.

— А безбедное существование для меня и моих детей? — напомнил Бондарь.

— И полмиллиона долларов! — усмехнулся Большой Стэн.

— Судя по всему, вы оговорились и хотели сказать: девятьсот тысяч долларов и особнячок в Париже на мое имя. — Бондарь подался вперед.

— Семьсот пятьдесят тысяч долларов и домик в Сингапуре — это мое последнее слово, — твердо сказал Большой Стэн.

Бондарь решал, стоит ли продолжать торговлю, но, заглянув в глаза собеседника, понял, что это бессмысленно. Он глубоко вздохнул и сказал:

— Ну вот, все пользуются моей добротой! — Он поморщился, плеснул себе виски, выпил единым махом и решительно произнес: — Хорошо, согласен!

Большой Стэн ласково улыбнулся, налил виски себе и Бондарю, подмигнул, и они выпили, закрепив таким образом достигнутое соглашение.

Савелий ставит условия

Савелия положили в институт Склифосовского, и генерал Богомолов, не желая больше подвергать его риску, организовал у отдельной палаты круглосуточное дежурство. Мало того, всем работающим на этом этаже были выданы спецпропуска, и попасть туда было весьма непростым делом.

Богомолов даже ввел своеобразное ужесточение режима: у вооруженного дежурного, находившегося за бронированным стеклом, находился не просто список лиц, допущенных на этот этаж, но и их фотографии. Кроме того, прежде чем войти, каждый из них обязан был опустить в специальное отверстие свой пропуск, затем миновать устройство, наподобие тех, что установлены в аэропортах. Пронести оружие было практически невозможно.