Командарм

Немцы попытались открыть огонь из окопов по этой цепи, но получив несколько взрывов гранат в своих окопах и убийственный снайперский огонь, выкашивающий их офицеров, опомнились и начали драпать из этих проклятых укреплений. Сейчас выучка у них проявлялась в том, что они не побросали личное оружие, ловко перепрыгивали через своих убитых и быстро бегали. Хотя было видно, что не быстрее пули. Якут же не успокоился и методично отстреливал тех, кто чего-то медлил и озирался, в надежде найти готовый к бою пулемет, чтобы выкосить наседавших русских.

Были среди немцев и такие упёртые, но Якут был на страже и не давал возможности арийцам геройствовать. Против такого стрелка никакая арийская кровь не прокатывала.

Вся операция развивалась даже лучше, чем я предполагал. Следовало развивать успех. И я пожалел, что поспешил направить мобильные силы 4-й танковой под командованием полковника Вихрева в полосу наступления 106-го мотострелкового полка 29-й моторизованной дивизии, где в тот момент намечался успех.

Свой психоз, вызванный упорным сопротивлением немцев, нужно было исправлять – вернуть 7-й и 8-й танковые полки. Ведь это дёрганье и нарушение разработанных планов не вело ни к чему хорошему. Конечно, маневр этими силами был предусмотрен планом наступления, но только в крайнем случае. А уже сейчас стало понятно, что это никакой не крайний случай, а просто у нас на пути встретилось добротное немецкое подразделение с хорошими, грамотными командирами. Но мы их всё-таки сковырнули, и в глубине обороны у немцев вряд ли будут подобные подразделения. Поэтому не нужно дёргаться, основываясь только на своей мнительности и предположениях, что в другом месте наступление будет развиваться более успешно. Тем более Вихрев получил приказ только час назад, и танковые полки физически не смогли бы далеко уйти.

Радист с довольно мощной рацией находился в том же окопе НП, и соединение с командирским танком Вихрева заняло пару минут.

Как только соединение установилось, я сразу закричал в микрофон рации:

– Полковник, последний мой приказ отменяется, действуешь по основному варианту. Сопротивление немцев сломлено, дорога открыта, сейчас проверяется сапёрами. Ты уже далеко отъехал?

– Никак нет! Ещё с места дислокации даже метра не сделали. Сначала двигатели танков прогревали, ну а потом немецкие самолёты заметили. А вы сами приказали ни в коем случае не светиться немецкой авиации.