Да и по поводу Цанавы возникают вопросы. Он-то точно здравомыслящий человек и вряд ли не читал, что за приказ мне отправляют, пользуясь его возможностями. Почему-то возникает сомнение, что он не воспротивился бы, по сути, бесполезному уничтожению его любимого подразделения.
Нутром чувствую, что здесь что-то не чисто.
Понятно, что я этот приказ, в принципе, даже пытаться выполнить не буду, но мягкое место прикрыть обязан. Поэтому, я составил текст радиограммы с просьбой подтвердить предыдущий приказ и отправил связистов подальше от лагеря, велев сразу после передачи, не дожидаясь ответа, побыстрее уносить ноги с места работы и возвращаться обратно.
Когда все это делал, у меня возникло знакомое чувство, что я куда-то опаздываю и ещё почему-то захотелось как можно быстрее покинуть, вернее сменить, место стоянки.
Вторая радиограмма была из Москвы. Там ненавязчиво попросили ускорить подготовку к приёму самолёта. Здесь я отвечать ничего не стал, и так скоро все звезды сойдутся. А вот с освобожденными пленными разбираться пришлось, не откладывая, и не только с ними.
Как оказалось, мои особисты выявили среди этих пленных двух предателей и, что мне жутко не понравилось, не дожидаясь моего возвращения, их расстреляли перед строем освобожденных из плена красноармейцев.
Пришлось всерьёз поговорить с особистами и объяснить, что это крайний раз, когда подобное сойдёт и с рук. Выявить предателей — это, действительно, их работа. Хорошо, что они с ней справились. А вот выносить какие-либо приговоры не в их власти, и подобного я больше не потерплю.
Вроде бы прониклись и осознали, что я с ними совсем даже не шучу. Будущее покажет, так ли это, но хочется надеяться на лучшее. Всё-таки немало читал я в прошлой жизни о произволе, творимом отдельными личностями, почувствовавшими себя пупами земли. Не хочется, чтобы подобное было у меня в подразделении, и не будет. По крайней, мере пока я им командую.
С освобожденными пленными тоже не все ладно. Среди них нашлись сразу два полковника и один капитан, которые, по словам Борисова (он как раз и занимался ими), мутят воду, разоряясь, что это они здесь должны всеми командовать.
В общем, эти командиры, избежав плена, решили, что им теперь вернут власть над их подчиненными, и не только.
Им откровенно не повезло ещё и потому, что доклад Борисова по ним случился сразу после разборок с особистами. Понятно, что я после этой беседы был не в самом добром расположении духа и вёл себя не самым гостеприимным образом.
