Страх, тоска, тревога, беспомощность… Это было похоже на прилив, поднимающийся до уровня подбородка, угрожающий меня утопить.
Черт, нет.
Нет. Нет.
Будь это любое другое место на Земле, я бы не раздумывая согласился. Но только не Маунтин-Бэй. Я не любитель драматизировать, но эта поездка меня убьет.
– Пожалуйста, Рид. Хотя бы на денек. – Мэдди сложила ладони, как в молитве. – Клянусь, для папы это будет лучшим подарком на Рождество. И для меня тоже… – Ее голос задрожал, и я едва не сорвался с места, чтобы прижать ее к себе.
– Я разобью ему сердце, если на праздники вернусь домой в одиночестве.
– Прости, я не могу. Просто не могу, Мэдс…
Ее плечи резко поникли.
– Ясно, – тихо выдохнула она.
– Может, останешься? – без особой надежды спросил я, когда девчонка направилась к двери.
– Нет. Нам завтра рано выезжать, и мне нужно выспаться, так как из Денвера я сразу поеду к отцу. – Ее губы сложились в улыбке, не затронувшей карих глаз. – Счастливого Рождества, Рид Харди.
Глава 32
Мэдди"
"Ежегодная рождественская ярмарка в Маунтин-Бэй – незабываемое зрелище.
Центральная городская площадь, простирающаяся на несколько кварталов, выглядела так, словно сошла с картины Томаса Кинкейда. Мерцающие гирлянды, запутавшиеся в голых ветвях старых как мир вязов, торговые киоски, украшенные огнями и яркими вывесками, грузовики с едой, аромат горячего сидра, пряных яблок и сосны, звуки смеха, оживленной болтовни и рождественских гимнов – куда ни глянь, повсюду витал дух Рождества, превращая маленький предгорный городок в зимнюю Страну чудес.
Под белыми шапками снега даже старые обветшалые здания выглядели волшебно. Маунтин-Бэй и вполовину не так популярен среди туристов, как Брекенридж или соседний Аспен, потому что у нас нет лыжной базы, но в праздничные дни на центральной площади яблоку негде упасть.
Свежий декабрьский воздух овевал мои щеки, пока я медленно брела по главной улице, разглядывая украшенные витрины. Редкие снежинки кружили в янтарном свете фонарей, бесшумно приземляясь на обледенелый тротуар.
Знакомые кивали мне и приветливо махали рукой, как будто я никуда и не уезжала. В маленьких городках почти невозможно чувствовать себя одинокой. И при обычных обстоятельствах я бы наслаждалась временем, проведенным здесь, но долгие три дня тоски по Харди превратили меня в жалкую развалину. До наступления рождественского сочельника оставалось еще три дня, а я все еще не нашла в себе сил сказать отцу, что Рид к нам не приедет.
