– У тебя нет стиральной машины? – Его голос звучал хрипло, как если бы Рид давно им не пользовался.
– Есть, но такие дорогие вещи, наверное, нужно стирать как-то по-особенному.
– Что за чушь?
– Боже мой… – Я стала тереть его широкую грудь полотенцем, невольно восхищаясь твердыми, как камень, мускулами, которые скрывались под плотным трикотажем. – Ты не обжегся?
Его рука перехватила мою, останавливая. Серые глаза потемнели, как грозовые тучи, и я вздрогнула от жара, пробежавшего по позвоночнику. Это было просто чудо, что у меня не подогнулись колени.
– Все в порядке, Мэдисон.
Харди стянул с себя худи, а затем и белую футболку, которая была под ним. Она тоже пострадала от моей неуклюжести, и мое чувство стыда увеличилось вдвое, превращая щеки в две раскаленные сковороды. Вещи упали на пол, как и моя челюсть. От открывшегося передо мной зрелища я едва не подавилась слюной.
Внезапно Рид оказался так близко, что у меня перехватило дыхание. Его рука скользнула к моему затылку, а губы оказались на моих губах прежде, чем я успела моргнуть.
Глава 22
Мэдди
Этот поцелуй не был нежным. Губы Рида двигались смело, уверенно, с характерной для Харди дерзостью, заявляя о его превосходстве. Его энергетика альфы и доминирующее поведение сводили меня с ума, затуманивая разум возбуждением. Колени стали подгибаться от одних только мысленных образов, которые уже вовсю транслировала фантазия.
Словно почувствовав это, Рид приподнял меня, и я обхватила ногами его талию. Мягкие губы скользнули к моей шее, и когда он провел языком по коже за ухом, я задрожала от желания.
Мне хотелось открываться для него все больше, наслаждаясь сумасшедшей поездкой, но как бы я ни пыталась подавить идиотские сомнения, они все равно вырвались наружу:
– Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным заниматься со мной сексом из-за того, что я тебя накормила.
Харди отстранился и посмотрел на меня широко раскрытыми глазами, прежде чем разразиться низким хриплым смехом. И, богом клянусь, это был лучший звук на планете.
– Просто для ясности, Вудс: я хотел трахнуть тебя еще до того, как попробовал твою восхитительную индейку.
– Правда?
Вместо ответа он снова накрыл мой рот поцелуем, на несколько головокружительных секунд лишая меня способности мыслить. Таким яростным и голодным, словно хотел съесть меня целиком. Его пальцы сжимали мои волосы, мои – его, как будто мы пытались слиться воедино.
– Спальня? – прорычал он мне в губы.
– Первая дверь направо.
