Так что единственным выходом для производителей была продажа в страны Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, и поднимающейся из руин Европы. И если трактора и вездеходы можно было делать под девизом «грубо, но надёжно», то для легковых автомобилей, особенно предназначенных для дорог с твёрдым покрытием такая идеология не годилась совершенно. А значит, никаких болтов, забитых молотком, а за задиры на поршне, приёмщик штрафуется как в последний раз.
Рабочие, быстро приняли новые правила, и уже сами начинали следить чтобы не было брака, и порой разбирались с бракоделами так, что милиция за голову хваталась.
Несмотря на активную торговлю за рубеж, и немалую стоимость машин, поголовье автомобилей росло довольно быстро, что сразу сказалось на движении внутри крупных городов, и необходимости расширять улицы, и вообще перестраивать движение. Как раз к этому моменту, Челябинский тракторный выдал новый асфальтоукладчик и широкий каток, которые могли работать в связке с мобильным асфальтовым заводом.
Всё это нарисовал Александр на одной из вечеринок директору ЧТЗ прямо на страницах альбома дочери отца семейства.
Ввиду сокращения потребности в танках вообще и гусеничной технике в частности, завод испытывал серьёзные трудности, и директор ЧТЗ специально приехал в Москву, с дарами Сибири, чтобы уговорить Мечникова помочь. Дары в итоге отвезли в военный госпиталь, а директор получил десяток эскизов будущего флагмана Челябинского тракторного завода.
Инженеры ЧТЗ превратили невнятные эскизы в реальную технику, которая на ВДНХ в декабре шестьдесят третьего взяла золотую медаль, как лучшее комплексное решение для дорожного строительства, и завод, который уже собирался сокращать персонал, получил второе дыхание.
А ещё в дело пошла дорожная световая техника и автоматика Ленинградского ПО Светлана, которую как-то обозвали «избыточной». Она была крупной, яркой, и могла управляться внешним устройством.
Теперь так уже никому не казалось, особенно когда Глушков выкатил модуль автоматического управления дорожной обстановкой для маленького городка и систему централизованного управления наземным движением «Перекрёсток».
Это в свою очередь потащило за собой изменение градостроительных норм, и правил проектирования. Новые районы сразу закладывались с учётом большого количества персонального транспорта, и необходимости его где-то держать, и в столице начали появляться первые многоэтажные парковки, особенно в центре.
