Командор войны

Энергия стала поступать в командора сначала тонким, прерывистым ручейком, затем все более и более бурным, стремительным потоком. Богдан запнулся, его речь прервалась, глаза покраснели. Какое-то время он еще пытался держаться, а затем вскинул руки вверх и закричал от невыносимой боли. Энергия наполнила его и продолжала поступать, все более и более увеличивая внутреннее напряжение. Богдан чувствовал, как тяжелая бордовая волна поглощает его тело, а снаружи на него уже накатывался мрачный темно-зеленый туман.

Это жрицы Зеленого Дома, поняв, что происходит, отчаянно пытались предотвратить выброс энергии.

Сопровождавшие Богдана рыцари узурпаторы завязали безнадежную битву, пытаясь отвлечь на себя внимание людов, а командор войны, стоявший в одиночестве в центре зала, вдруг отчетливо понял, что это конец. Еще несколько мгновений, и энергия порвет его на части, растерзает на молекулы, которые тут же поглотит кромешная, беспросветная мгла. Поглотит навсегда.

Энергия захватывала его мозг, гасила сознание, но какая-то часть Богдана отчаянно хотела жить. Какая-то часть его души отчаянно искала выход из этого тупика. Какая-то часть не хотела умирать.

Именно в этот момент командор встретился взглядом с пронзительными ярко-зелеными очами королевы Всеславы. Повелительница Зеленого Дома была ошеломлена, напугана, но тем не менее она, гордо выпрямившись, оставалась около трона, с ненавистью глядя на чуда.

— Бесчестный трус!

И Богдан понял, что это не просто конец.

Это — позор. Он понял, что в случае такой победы его имя будут произносить с презрением и отвращением даже в Ордене. Он останется в памяти Тайного Города не героем, но предателем. Трусливым лжецом, нанесшим удар исподтишка.

Королева не пыталась его убить. Она просто стояла около трона, и Богдан понял, что не в силах выполнить свою миссию. Цена оказалась слишком высокой.

А может, та часть его души, которая хотела жить, просто нашла оправдание.

И когда последний узурпатор, обливаясь кровью, рухнул на зеленый мрамор тронного зала, Богдан начал активно избавляться от поступающей в него энергии. Он выбрасывал ее в виде «шаровых молний» и «плевков дракона», «колец саламандры» и «эльфийских стрел», в виде ледяных глыб и ядовитых облаков, он активизировал все известные ему боевые заклинания и не позволил энергии вырваться наружу единым потоком.