– Положим мы фуражку в машину. Садись, садись! А то крику наделал…
– Я еще не такое вам устрою, – и толстый сержант ударил ногой по скату «Уазика». Машина качнулась.
– Что ты делаешь, придурок? Садись и уезжаем. Нас ждут. Мы же сказали, что две минуты. Ты же сам орал: «Одна нога здесь, другая там».
– Мало ли что я орал! Срать мне на этого председателя, подождет! Кто он такой? Кто здесь начальник? Я начальник, – толстый сержант потряс над головой сжатыми кулаками.
– Ух и уроды! – проворчал Никита.
– Козлы они вонючие! Если бы они сейчас свалились куда-нибудь в кювет, я бы свечку в церкви поставил.
Ненавижу ментов!
– Не ты один.
Наконец, дверцы «Уазика» закрылись, включилась на крыше мигалка.
– Ненавижу! – сказал Никита. – Ненавижу этот синий свет, на нервы действует!
– Успокойся.
«Уазик» взревел мотором, подскочив на выбоине, помчался как раз в направлении полигона.
– Ну что, мужики, я пошел. Водила вроде бы пока не выходил.
– А может его здесь и нет, – заметил Малыш.
– Как это нет?
– Просто машину оставил.
– Да ты посмотри, Малыш, на колесах грязь совсем свежая.
– Это же не грязь, Никита, это Пастух на скат помочился.
– Но проверить-то надо? А вдруг он здесь.
– Так иди.
Никита выбрался из машины, придерживая полы куртки, чтобы не распахивались.
– Как думаешь, Пастух, водила там?
– А где же ему быть? Наверное, пиво сосет.
– Думаешь?
– А что же ему еще здесь делать? Вчера нажрался, сегодня голова болит, ехать не может. Вот и завернул сюда здоровье поправить.
– Ладно, сейчас узнаем. Может пока в картишки перекинемся?
– Давай, – согласился Пастух.
Малыш вытащил из пластикового отделения нераспечатанную колоду карт, разорвал упаковку и быстро перетасовал.
– Дай-ка, – попросил Пастух и принялся возиться с колодой, манипулируя картами так, как это делает опытный фокусник. – Ты будешь сдавать или я?
– Ставим на кон по десять баксов?
– Давай для начала по десять. Снимай.
– Себе.
– Еще одну.
– Черт тебя подери, Пастух, опять ты выиграл!
– Ну, кто пойдет в забегаловку? – еще раз спросил и посмотрел на своих помощников Никита.
Те пожали широченными плечами, а Малыш сплюнул под ноги.
– Иди ты, Никита, у тебя лучше получится.
Никита кивнул и направился к забегаловке.
Толкнув филенчатую дверь ногой, – та пронзительно взвизгнула, широко открылась – Никита переступил порог.
Он оказался рядом с гардеробом, где на никелированном крючке пылилась старая потертая кепка с поломанным козырьком.
