Он был крайне доволен тем, как прекрасно все можно будет уладить с аудиторской проверкой Центробанка.
Маргарита села, а затем немного подумав, закинула ногу за ногу. Супонев даже причмокнул от этого зрелища. В женской красоте он разбирался так же хорошо, как и в драгоценных камнях, а может даже и лучше.
Тут уж никакой Лазарь Моисеевич наверное, не дал бы ему фору. Матвея Гавриловича часто приглашали в жюри различных конкурсов, где он рассматривая красавиц, выносил свой вердикт, забраковывая девушек так, как заводчик забраковывает непородистых лошадей.
Маргарита была хороша. В ней имелось что-то такое, что не поддавалось определению."
"Это была врожденная грация плюс молодость и то неуловимое изящество, которое бывает у людей, когда они сами не понимают насколько они хороши. Все эти качества сочетались в Маргарите.
– Где ты ее нашел, Яша? – смакуя коньяк, поинтересовался Супонев.
– Не на конкурсе красавиц, естественно, – сказал Березин.
– Да, там такие не попадаются. Там, как правило, шлюхи и полные дуры, которые мнят, что смогут сделать карьеру фотомодели или супер-манекенщицы.
Но, как правило, выходят замуж за мелких бизнесменов или коротают свою молодость в публичных домах.
От того, с каким цинизмом говорил Матвей Гаврилович Супонев, Маргарита даже покраснела. Но это ей шло. Ее темные глаза под густыми бровями засверкали.
– Не нравится? – по-детски наивно поинтересовался Матвей Гаврилович, кладя свою большую ладонь на руку девушки.
– Да нет, говорите, что вы, Матвей Гаврилович!
– Нет, если тебе не нравится, я не буду.
Он вообще очень быстро переходил от деловых разговоров к разговорам на совершенно другую тему, как правило, на разговоры о женщинах. И если бы у Березина не зазвонил телефон, по которому искали Матвея Гавриловича Супонева, то все сложилось бы, возможно, по-иному. Маргарите прямо сейчас пришлось бы сесть в шикарный лимузин на заднее сиденье к Супоневу и укатить за город. Но звонивший по телефону был человек очень влиятельный и Матвей Гаврилович Супонев оказался ему очень нужен.
– Слушай, Матвей Гаврилович, – после приветствия раздался мужской голос явно с военными нотками, какой присущ только крупным военачальникам.
– Да, я слушаю, весь внимание.
– Там твои мужики напортачили.
– Напортачили?
– Оставили очень много отпечатков.
– Ну так сделай, чтобы они исчезли. Мне сейчас скандалы и разборки ни к чему. Я людей отправлю и никто до них не доберется.
