А Комбат в подтверждение версии о проглоченной веревке издал звук, который был более красноречивым, чем слова его жертвы, его пленника.
Еще два раската хохота прозвучали ответом.
– Ну, ты смотри, Паук, а то заснешь там.
– Ты сейчас позовешь кого-нибудь, понял?
Позовешь! – приказал Комбат Пауку.
– Хорошо, хорошо, – бандит затряс нижней челюстью, давая понять, что он на все согласен.
Он лежал в дерьме и от страха растерялся настолько, что даже не мог заставить себя двинуть рукой и попытаться бороться с этим страшным, навалившимся на него мужчиной.
Штык-нож прижался к горлу, и Паук, открыв рот, захрипел:
– Эй, Артур, иди сюда! Иди сюда!
– Что, веревку из тебя помочь тянуть? – послышался хохот.
– Да иди ты сюда скорее! – каким-то надрывным голосом завопил Паук.
– Вот так, вот так, хорошо… – шептал на ухо Пауку комбат. – Еще позови, только не верещи, как резаная свинья.
– Иди ты сюда, Артур! Я кому говорю!
– Ладно, иду.
Левой рукой Комбат приподнял за волосы Паука, а правой сделал быстрое резкое движение.
И бандит, дернувшись несколько раз, замер.
– Ну где ты тут? Где? – Артур двигался с сигаретой в зубах, держа в левой короткий автомат УЗИ.
Комбат увидел черный силуэт на фоне темно-синего ночного неба, увидел рубиновую точку сигареты и резко швырнул штык-нож с липким от горячей крови лезвием. До Артура оставалось метров шесть, и нож пролетев это расстояние со всхлипом вонзился в яремную впадину бандита, разрубив молнию камуфляжной куртки. Артур вскинул руки, издал носом свистящий звук и рухнул с насыпи лицом вниз с рубиновой точкой зажженной сигареты в зубах.
«Значит, вас осталось семеро».
Комбат, пригнувшись, подобрался к Артуру, выдернул штык-нож, вытер о плечо мертвого бандита, разжал пальцы и вырвал из них автомат, который мертвец держал так крепко, словно был еще живым.
«Ну вот, ребята, а сейчас мы с вами повоюем. Жаль, что у меня нет гранатомета, я бы показал вам кузькину мать, вы бы у меня запомнили этот день на всю жизнь! Запомнили бы, но никому обо мне не рассказали бы.
Я бы вас всех построил!»
Теперь у Бориса Рублева кроме ножа и пистолета появился еще и автомат. Комбат проверил обойму, снял автомат с предохранителя, передернул затвор. А затем поднялся во весь рост и с опущенным автоматом неторопливо, вразвалочку, отправился к воротам склада. Он шел сначала по шпалам узкоколейки, затем спустился с насыпи на бетонную площадку.
""Это хорошо, что туман, – подумал Борис Рублев.
