– Ну что, уже набухли?
Супонев переложил сигарету из одной руки в другую и кончиками пальцев потрогал набухший твердый сосок, а затем провел ребром ладони по ложбинке между грудями девушки. Та сладострастно выгнулась, подалась вперед, и толстый палец Супонева оказался у нее во рту – в мокром и горячем. Девушка принялась покусывать палец Матвея Гавриловича так, словно бы это был не палец, а член.
А Супонев смотрел, смотрел как-то равнодушно, привычный ко всему, хотя уже понемногу начинал возбуждаться.
– Ножки, крошка, разведи пошире. Еще, еще, вот так. А теперь пальчиками. Шевелись, шевелись.
Рука девушки скользнула вниз, ко влагалищу, и пальцы принялись массировать клитор.
Супонев смотрел на розовое, набухшее лоно, похожее на разрез бифштекса с кровью.
– Ну же, ну! Быстрее, быстрее! А теперь давай сюда, хватит себя развлекать, немного развлечешь меня.
Супонев взял девушку за голову и чувствуя ее показное сопротивление, наклонил вниз к своему члену.
– И смотри, крошка, если хоть капля упадет мне на брюки, тебе несдобровать, поняла?
– Поняла, поняла, дорогой, – проворковала в ответ, сглатывая слюну, наполнившую рот, девушка.
Ее пальцы умело расстегнули молнию, затем брючный ремень. Супонев немного приподнялся, чтобы девушка смогла приспустить его трусы. Она ткнулась лицом в его густую поросль, ее язык быстро шевелился, а пальцы сжимали и щекотали мошонку."
"– Ну, ну, быстрее! – приговаривал Матвей Гаврилович, полуприкрыв глаза, сжав рукой упругую грудь девушки, время от времени надавливая на отвердевший сосок, такой набухший и желанный.
– Торопись, торопись, крошка. А вот сейчас не торопись.
Член хозяина был хоть и большой, но на удивление вялый. Девушка продолжала одной рукой мастурбировать свой клитор, а второй – член хозяина. Понемногу, по миллиметру, пещеристое тело члена Супонева наполнялось горячей кровью, и член понемногу твердел, то и дело оказываясь во рту девушки, в горячем, полном слюны.
– Вот теперь шевелись.
Пещеристое тело члена наполнилось кровью, и он стал таким большим, что едва вмещался во рту.
– Глубже, глубже засасывай, крошка. Еще глубже…
Супонев чувствовал, как его член проникает чуть ли не в горло, едва ли не касается гланд.
– Ой, как хорошо! Молодец, молодец, крошка, получишь дорогой подарок. Только сделай так, чтобы я хорошо кончил, очень хорошо и очень много. И желательно, чтобы вся сперма попала мне не на брюки и не на живот, а тебе в горло.
