Комбат в западне

Побольше шума, блеска и главное, не скрывайте, что вас интересует нечто этакое, дорогое, незаконно продаваемое…

— Попробую, — открывай, Андрюша, дверцу.

Мужчины зашли в бистро. Здесь стояла пара столиков для посетителей с детьми, места для остальных располагались за стойками. Украшением бара являлась кофеварка, американская, сияющая никелем и позолотой.

Она представляла собой сверкающий куб с полусферой купола, который был увенчан позолоченным орлом, сидевшем на шаре, расправив крылья.

— Круто, — воскликнул Комбат, завидев этот агрегат.

Бармен оторопело смотрел на новых посетителей.

Можно простоять весь день за стойкой в центре города и подобных не встретишь. Двое мужчин: огромные, грузные, обладающие недюжинной силой. Третий тоже силен, но по сравнению с ними — хлюпик. Даже страшно становится, когда такие берут в руки кофейные чашечки, того и гляди хрустнет.

Пока бармен готовил кофе и накладывал бутерброды на тарелки, Рублев поинтересовался:

— Сколько такая стоит? — он положил руку на сверкающий купол кофеварки, которая, будь чуть побольше размером, могла сойти за архитектурный памятник.

Бармен уже со злорадством представил себе, как вскрикнет клиент, обжегшись о раскаленный металл, но Борис Иванович спокойно продержал руку на кофеварке секунд пять, затем, не поведя и бровью, сунул ладонь за пазуху, чтобы вытащить портмоне.

— Не знаю. Не я покупал, а хозяин. Но думаю, тысячи две за нее выложил.

— Почему так дешево? Эй, Андрюша, спиши название фирмы, такую у себя в офисе поставим.

"А мы такую в коридоре выставим, пусть посетители кофе хлебают, да заодно и потеплей будет с нашими якутскими морозами. Видишь, американцы вещь придумали — и печка, и кофеварка.

— Сделаем, Борис Иванович, — Подберезский подмигнул бармену, мол, видишь какой у меня хозяин крутой, захотел — и сделает.

Фыркнув паром, кофеварка наполнила три чашечки крепким черным кофе.

Он пытался приучить себя к тому, чтобы не расставаться с ней так же, как не расставался с «калашником» на войне. Откусил за раз полбутерброда и несколько раз двинув челюстями, проглотил.

— Чего мясо тонко режешь, жалко тебе, что ли?

— Как положено, — бармен говорил с опаской, — в меню все расписано — сколько весит, сколько стоит.