Комбат в западне

Но, наверное, у каждого взрослого с томатным соком связаны приятные воспоминания детства, а с водкой — более позднего возраста.

Рублев несколько неумело взял соломинку в пальцы и стал пить, передвигая ее внутри стакана, то заглатывая обжигающе — крепкую водку, то холодный солоноватый сок.

— Странное дело, — приговаривал Чурбаков, — водка, а трезвит. Идеальное сочетание.

— Может быть, — буркнул Комбат.

Он допил и глянул на часы. В его голове потихоньку созревал план.

— Ну что, Андрюша, пора спать. Завтра подъем в семь.

— Я смотрю, вы не меняете старых привычек, — вставил Чурбаков.

— Откуда вам знать какие у меня привычки были в прежние годы? — Борис Рублев поднялся из-за стола.

— Богатые люди не любят вставать рано, а вы, наверное, прежде чем разбогатеть, служили в армии?

— Было дело.

— И как, не тянет вернуться?

— Если бы там платили нормальные деньги, ни за что бы не ушел.

— Вот проблема сегодняшних дней, — Чурбаков внимательно следил за тем, как Подберезский допивает коктейль, — профессионалы в одном занимаются другим — не своим делом.

Бывший генерал-лейтенант умел на время забывать об истинной цели встречи и поэтому временами казался собеседнику неподдельно-искренним. Так произошло и с Рублевым.

«Да, ворюга, но что-то в нем хорошее есть. Генералы — особая порода, — подумал Рублев. — Только вот незадача, где провести грань между жестокостью и требовательностью, желанием хорошо жить и стяжательством?»

Он по-показному зевнул, потянулся и бросил Чурбакову:

— Значит, завтра в семь подъем.

— Отлично. Люблю когда люди спешат дела делать.

* * *Номер и впрямь оказался хорошо обставленным, окно, затянутое сеткой от комаров, чуть приоткрыто.

Но несмотря на это в комнате было тепло, работал калорифер. Свежее белье, на кроватях расстелены полотенца, в ванной горел свет.

— Ты смотри, обо всем позаботился, — изумился Комбат, увидев, что на стеклянной полочке в ванной комнате лежат зубные щетки в упаковках и тюбики зубной пасты, такие маленькие, что их хватит почистить зубы раза три-четыре, не больше.

Комбат открутил на весь напор воду, переключил смеситель на душ. Шумело так, что расслышать друг друга можно было только приблизив головы.

— Слушай сюда, Андрюха. Ты узнал этого мужика?

— По-моему, да, это генерал-лейтенант Чурбаков.

Комбат приложил указательный палец к губам:

— Говори потише. Думаю, здесь микрофоны понатыканы. Ведь ему теперь важно каждый наш шаг отследить. Как считаешь, что надо делать?

— По-моему, все идет как надо.