Ни малейших угрызений совести он не испытывал: во-первых, это был никакой не политик, во-вторых, Бестужев сейчас пребывал в Европе, а значит, вполне мог воспользоваться теми методами обхождения, которые в большом ходу у здешней полиции — как он убедился собственными глазами на проводимых Ламорисьером допросах.
Он присмотрелся: готов молодчик, охает, шипит, жалобно постанывает. Вот что делает общение с приставом Мигулей, многим полезным вещам научишься, пристав был бы польщен, узнай он, что его незатейливые провинциальные методы общения с клиентурой сослужили неплохую службу в блистательном Париже…
— Вы с ума сошли? — недоуменно воскликнул Ксавье.
— Ничуть, — ответил Бестужев, стоя с пистолетом наготове и настороженно прислушиваясь. Кивнул в сторону ящиков: — Инспектор, вот это мы и ищем, это аппарат…
К чести Ксавье, он не раздумывал ни секунды — изменившись в лице, выхватил пистолет. И оба бросились к выходившим в прихожую внутренним дверям.
Обширная гостиная, обустроенная на манер студии: мольберт с девственно-чистым холстом, набор нетронутых красок и кистей на изящном столике рядом, высокое, во всю стену, окно выходит на живописные поля Монмартра со стоящими там и сям ветряными мельницами… Небольшая спальня с разобранной постелью, пребывающей в совершеннейшем беспорядке, откупоренная бутылка шампанского в ведерке с подтаявшим льдом, два бокала… Небольшой кабинет, кухонька, ванная с огромным нагревательным баком… Никого.
Беглый осмотр не отнял и минуты. Когда они, пряча оружие, вернулись в прихожую, господин виконт уже немного, выражаясь мужицким просторечием, оклемался, он уже не лежал скрюченным, а сидел на ковре, покачиваясь, не отнимая рук от ушей, все еще тихонько шипя сквозь зубы.
Вид у него был уже не особенно и светский, а вся уверенность в себе определенно испарилась.
Жестом показав Ксавье, чтобы не спускал глаз с хозяина, Бестужев подошел к ящикам, присел около них на корточки. Не стоило, конечно, рисковать — но слишком уж фантастическое стечение обстоятельств потребовалось бы, чтобы Гравашоль предугадал и этот ход — что Бестужев решит установить доверительные, не вполне и служебные отношения с Ксавье, что Ксавье расскажет ему про Рокамболя, что они решат навестить господина виконта этак вот запросто, частным образом… Ящики выглядят в точности так, как в Вене, как ни осматривай, от защелок не тянутся подозрительные проводочки-ниточки, ничего подобного не видно, неоткуда там взяться бомбе…
Бестужев решился.
