Показалось ему, или на втором этаже от окна проворно отпрянула тень, более темная, чем окружающий ее сумрак? В самом ли деле это было бледное пятно лица? Кто ж знает, могло и показаться…
— Позвольте, я первым, — заторопился Серж, обгоняя его на крыльце. — В доме никого, нужно еще свет зажечь…
Распахнув входную дверь, он чиркнул восковой спичкой, высоко ее подняв. Миниатюрная прихожая, вполне соответствующая по пропорциям кукольному домику, неразличимые картины на стенах, слева лестница на второй этаж, справа две двери… Туда Серж и двинулся впереди Бестужева, освещая ему дорогу, приговаривая:
— С освещением заминка, никак не соберемся наладить… И газовая магистраль далеко проходит, и электрические провода тянуть — в копеечку встанет… Не столь уж часто и используем, вот и обходимся по старинке, канделябрами… Сюда пожалуйте.
Бестужев осторожно шел следом. Походило на то, что Серж в который уж раз брешет как сивый мерин — на стене слева и справа Бестужев мимоходом углядел предметы, как две капли воды походившие на газовые рожки для освещения, и, судя по отсутствию видимых следов какого бы то ни было вторжения мастеров, рожки установлены давненько… как этот факт связать с тем, что газовая магистраль «далеко»?
— Вот здесь мы его и подождем, — сказал Серж.
"
"Он подошел к столу, чиркнул второй спичкой и ловко зажег керосиновую лампу с вычурным розовым абажуром, более уместную в будуаре кокетки, нежели в достаточно строго обставленном кабинете, где они, насколько можно ориентироваться, сейчас находились.
Лампа осветила стол, на коем лежала довольно толстая папка уныло-канцелярского вида, а еще стояла бронзовая пепельница в виде кленового листа.
— Располагайтесь, господин ротмистр, — сказал Серж. — У вас примерно три четверти часа, чтобы изучить бумаги, а их там немало, так что приступайте уж. А потом поговорим…
Лампа освещала только стол, а все остальное было погружено во мрак — но Бестужев успел заметить, что, кроме той двери, через которую они сюда вошли, имеется еще одна.
Когда он сядет, дверь эта окажется точнехонько у него за спиной. А ему, соответственно, выпадет сидеть в круге света посреди тьмы, как…
Как мишень, если смотреть на вещи вовсе уж пессимистически, то есть с максимальным приближением к реальности, к невидимому посторонним миру интриг, слежки и прочих неприглядных хитросплетений.
— Вы уж не теряйте времени, — настойчиво сказал Серж. — Вам нужно успеть, уложиться…
— Да, конечно, — сказал Бестужев.
