— поманил его Алексей к внутренним воротам. — Тут у меня склад. Там, дальше, цех механической обработки.
Они прошли.
— Вот такую пушку достают из формы, — указал он пальцем на отливку с литниками. — Вот такую, получают после чистки. А вот, — указал чуть в сторону на что-то накрытое тканью, — уже готовая. В сборе.
Алексей махнул рукой.
Работники споро скинули ткань."
"И перед царем предстала 6-фунтовая длинная полевая пушка, заведенная на передок. Лафет ее сильно доработали. Облегчили и укрепили металлическими деталями.
Ось, разумеется, тоже была железной. А колеса унифицированы со стандартной повозкой. Как на самой пушке, так и на передке. В общем — на выходе у него получилось что-то в духе 6-фунтовой полевой пушки времен Наполеоновских войн. Ну, почти. Местами он шагнул даже дальше в доработке лафета.
При всем при этом Алексей особо не разбирался в артиллерии. Зато у него имелся здравый смысл, взгляд на вопрос с высоты веков и возможность делать то, что и как он пожелает. Понятно, что он не сам сидел бирюком в уголке.
Нет. Он привлек к своей работе артиллеристов. Опытных. И немало проводил с ними время. Стараясь сделать так, чтобы все в лафете оказалось на своем месте. Чтобы все удобно. Чтобы все по уму. Ну и, само-собой крепко, надежно и максимально легко.
Ствол пушки отливался с толщиной стенок как у орудий системы Грибоваля. Примерно. Сходство это получилось конвергентно, потому что царевич в упор не помнил даже идею француза. Однако чистый канал ствола позволил уменьшить зазоры.
Отчего и заряд пороха стал требовать кардинально меньше для той же дальности боя. Подняв при том несколько точность и сохранив живучесть. Даже немного ее подняв…
Это все Алексей отцу и рассказывал, ходя вокруг пушки и презентуя ее во всей красе.
— Ты канал ствола совсем не обрабатываешь?
— Надо бы. Если их пройтись дорном, то можно улучшить чистоту поверхности и геометрию. Что позволило бы еще снизить зазоры. Но это дело будущего. Сейчас и такой результат неплох.
— Неплох? — удивленно вскинул брови царь.
— Что значит неплох? Он отменный! Одного не пойму — зачем ты стал отливать пушку в шесть фунтов калибром. Отчего сразу нормальные делать не стал?
— А ты ее поворочай. Она не сильно тяжелее трехфунтовой.
Царь не поверил.
С помощью рабочих снял с передка. И немного покатал-покрутил.
— Действительно… легкая… предлагаешь полки вот такими вооружать?
— Я предлагаю пехотным полкам пушек вообще не давать.
— Это как? — удивился Петр.
