— А шпаги оставить офицерам. Пусть это будет признаком их особого положения.
— А это что за тряпка?
— Плащ-палатка. Андрей — покажи.
И тот быстро накинул ее на себя в качестве плаща.
Царь ее осмотрел.
А потом ребята быстро поставили палатку из парочки таких. С помощью двух кольев и бечевок.
— Это на двоих. Каждый боец несет свою часть. Скручивает валиком да вокруг ранца укладывает. Если надо — можно продлить на четверых или шестерых. Больше не стоит. Видишь какая хлипкая? Колышки либо в обозе, либо на месте рубят.
По ситуации.
— А чем это она промазана?
— Вулканизированным каучуком, — ответил царевич. — Отчего не промокает и гибкая.
— Чем?
— Есть такая штука в испанских да португальских колониях. Сок одного дерева, что упругий, когда застывает да на жаре оплывает. Если его определенным образом обработать — он становиться более надежным и держит солнечный жар. Но о том — не болтай. То секрет. Я выдумал тот способ. С него и кроме палаток пользы можно много получить, тех же сапог непромокаемых.
А потому и денег.
— Ну и накрутил ты… — покачал головой Петр.
— Накрутил. Да. Но все можно пощупать и проверить — толково али нет. Не успел только походную кухню изготовить. Но через неделю ее обещали доделать. И ее можно будет опробовать, проведя опыты.
Царь снова сокрушенно покачал головой.
— Я не требую, чтобы это все непременно взяли на вооружение и стали употреблять повсеместно. Нет. Это, как бы сказать, моя часть бесед для мундирной комиссии. Чтобы не болтать пустого, тем более, что меня не сильно то и слушают.
А так… не понравится, ну черт с ним. Другим займусь.
— Вот прям так?
— Отец, — серьезно произнес Алексей. — Царь ты. И только тебе решать — правильно сие или нет. Нужно или пустое. Я лишь в праве предлагать и объяснять резоны. Не навязывать, а предлагать. Вот это если сделать — получится вот так. А вот этак — значит иначе. Не более.
— Хм… — усмехнулся Петр.
Он прекрасно понимал, что слова словами, но сынок явно пытается им манипулировать.
Ведь что, против его подхода те слова в комиссии? Царь и сам видел, как та комиссия скатилась в обычную говорильню. И что конца-края беседам не было видно. А тут — пусть спорный, но вполне гармоничный комплект.
И не просто из мундира, а всего — от портянок до походной кухни. Причем каждый элемент был объяснен и выступал взаимным дополнением к иным. Словно не выдумал он это все, а подсмотрел где. Только где?
Так-то он мог бы и уступить сыну.
