Комбриг

А если провести контрудар только теми танками, которые к нам прорвались из Пружан? Немцы — народ дотошный и вполне могли проследить, что танки, отошедшие от Пружан, отступают по этой дороге. Тогда для них не будет очень удивительным, если они прямо сейчас здесь и нарисуются.

Думать долго времени уже не было и я, не связываясь с командиром заслона, вызвал капитана Лысенко и приказал всеми танками Т-34 и Т-26 контратаковать наступающих немцев. Танки КВ решил пока не вводить в бой, у них оставался самый маленький моторесурс.

В течение получаса, пока мы с майором Вихревым наблюдали за развитием боя, немцы очень профессионально прогрызали нашу оборону. Немецкие сапёры, несмотря на ведущийся по ним огонь, разминировали полосу для наступления танков. Потом эти боевые машины раздавили одну зенитную пушку и последнюю сорокапятку. Казалось, уже ничто их не остановит от прорыва нашего заслона. Но в самый кульминационный момент появились наши танки. Стреляя на ходу, они поразили сразу три немецких танка. Но остальные, особо не дёргаясь и не паникуя, начали спокойно отползать под защиту своей артиллерии. Они как будто знали, что должны появиться наши танки и выполняли давно задуманный манёвр.

— Чёрт! Эти гады заманивают Лысенко в ловушку, — сообразил я, — срочно нужно тормознуть капитана.

Крикнув радисту, чтобы он немедленно связывался с Лысенко, я прильнул к стереотрубе. Но мой порыв запоздал, Т-34 напоролись на заранее подготовленную артиллерийскую засаду. Стреляло четыре 88-мм орудия. Ранее немцы не вели огонь по нашим укреплениям из этих пушек.

Наверняка, эти зенитки были подготовлены именно для того чтобы подловить наши Т-34 и КВ. Они их и подловили, но на наше счастье видимость была очень плохая, дым от горевших немецких танков и пыль, поднятая боевыми машинами, затруднили немецким наводчикам прицеливание. Поэтому сразу они подбили только один Т-34. Остальные танки начали выполнять противоартиллерийский манёвр. В этот момент удалось наладить связь с Лысенко. В наушниках сквозь невообразимый писк и треск еле-еле пробивался голос танкиста. Пришлось громко, до хрипоты орать в микрофон:

— Капитан, немедленно выводи танки из боя!

Судя по всему Лысенко всё-таки расслышал мой приказ, и наши танки начали, отчаянно огрызаясь огнём, медленно пятиться назад. Немцы просто так отпускать их не захотели. Темп стрельбы из 88-мм зениток нарастал, и вот ещё один Т-34 встал и окутался дымом. Уже перед самыми нашими укреплениями загорелся Т-26.