Комендантский час

Хозяйка квартиры Зоя, высокая брюнетка с яркими, чувственными губами, посмотрела на Мишку прищурясь и спросила:

– Это значит, он теперь мой любовник?

– Он, – кивнул Муравьев.

– Ну что ж, – Зоя оглядела Мишку с ног до головы, – парень он вполне ничего. Только глаза диковатые.

– Какие есть, – буркнул Мишка.

– Ну вот, видите, Игорь. – Зоя развела руками.

– Миша. – Муравьев положил руку на плечо Кострова. – Зоя наш сотрудник, но об этом во дворе никто не знает. Все считают, что она в клубе работает администратором.

– Я-то понял. Только урки тоже не дураки.

– Это ты бойся. Мне чего, я опять на фронт, а тебя – в постовые, и будешь на Тишинке щипачей ловить.

– Я же слово Данилову дал, что сделаю, и поэтому из-за вашей глупости вовсе не хочу Ивана Александровича подводить.

– Да я тебе точно говорю, что ее никто не знает. Она у нас по очень секретной линии работает. Ее даже наши сотрудники знать не должны.

– Ладно, там видно будет.

– В квартире три комнаты, дверь в одну из них обоями заделана, там постоянно будут находиться два наших сотрудника.

– Это понятно, но как?

– Он золото скупает и камни. Но помни, что не только скупает, а может, и… В общем, вы с Зоей ими торговать начнете.

– Зачем? – Игорь достал из кармана коробку, выложил из нее на стол кольца, серьги, броши. – Здесь есть и настоящие. Зоя знает, какие можно давать в руки, а какие только показывать издали. Помни, ты пробрался сюда из Куйбышева, там со Степкой Ужом и Утюгом вы взяли ювелирный.

– Там, – Игорь показал на стену, – убиты в перестрелке оба. Так вот, ты забрал долю и по документам сержанта Рыбина, вот они, пробрался в Москву. Все понял?

– Значит, могу ходить в форме?

– Носи на здоровье. Твою жену предупредили. Если кто к тебе придет, его поведут, потом потеряют. Причем поведут в открытую.

– Получается, что хата моя вся в «мусоре». Так выходит?

– Так. А теперь давайте детали оговорим.

Проговорили они почти до утра. Мишка должен был найти знакомых перекупщиков, предложить и продать им кольца и золотые диски, но главное – сказать, что есть бриллиантовая осыпь, и просить за нее деньги большие. Осыпь надо показывать только издали, чтобы, не дай бог, не заподозрили. Правда, осыпь была подделкой редкой. Она лежала еще в музее Московской сыскной полиции. Делал ее известный ювелир Кохнер специально для подмены настоящей.