Комендантский час

Ну где ты эти легионы увидел? Есть всякая сволочь, я знаю, только их в городе – всего ничего. Мы вот социализм построили, а обыватель остался. Живуча эта человеческая особь – обыватель. Только его бояться не надо. Его сущность – трусость, понимаешь? Крикни сильнее, и он в свою щель спрячется. Залезет – и молчок. Нам нужно обывателя от врага отличать. А это труднее. Так что помни об этом, Шарапов, крепко помни.

Не стал тогда Иван спорить с начальником. Он все равно считал, что обыватель и враг – одно и то же.

Два дня назад он ехал в трамвае двадцать шестой линии. Дело было утром, около восьми, народу в вагоне немного. Иван сидел впереди. Дремал, навалившись плечом на вагонное стекло. Проснулся он от шума драки. Двое в промасленных спецовках били тщедушного, худого мужичонку.

– Стой! – крикнул Иван. – Прекратить!

Он бросился к дерущимся, на ходу доставая из кармана муровское удостоверение.

– А в том, – ответил один из рабочих и тяжело поглядел на тщедушного, – в том, что это шпион немецкий.

– Давайте выйдем, дойдем до отделения, разберемся.

В управлении Иван сам допросил задержанного и свидетелей, рабочих механического завода.

Они ехали со смены и услышали, как на площадке этот человек рассказывал женщинам о том, что немцы высадили в Талдоме десант и уже захватили Дмитров.

Через час протокол допроса лег на стол начальника МУРа. Из трех страниц, исписанных убористым Ивановым почерком, он подчеркнул красным карандашом самое главное.

Далее Шарапов предупреждал задержанного об ответственности за дачу ложных показаний.

– Любопытно. – Начальник еще раз проглядел протокол. – Очень любопытно.

– Обыкновенная утка, – устало сказал Данилов.

– Нет, не утка. Три дня назад под Талдомом действительно высадили десант. Небольшой. Уничтожили его. Но операция прошла строго секретно. Так что любопытно, как об этом узнал гражданин Харитонов Николай Егорович.

– По нашим сведениям, товарищ начальник, – поднялся начальник секретно-оперативного отдела Серебровский, – Харитонов Николай Егорович, бывший директор лесного склада, был осужден за хищение, срок отбыл в 1940 году, от военной службы освобожден по состоянию здоровья, работает заведующим фотографией.

– Ну что ж. – Начальник угрозыска протянул протокол Данилову. – Навести его, Иван Александрович, сегодня же навести.

Вернувшись к себе, Данилов позвонил Шарапову.