Завтра с утра жду тебя с соображениями.
– Завтра так завтра, – согласился Гуров. – Утро вечера мудренее.
В генеральской приемной уже давно сидел подполковник Жмырин, неприветливый крупный человек с широким, почти квадратным лицом и здоровенными боксерскими кулачищами. Гуров знал, что характер у Жмырина далеко не сахар и в плохую минуту он, не задумываясь, пускает в ход свои кулаки, из-за чего частенько имеет неприятности. Хватка у него была действительно бульдожья, и ему давно уже следовало быть начальником отдела, но в силу вышеизложенных причин его без труда обходили более молодые, но гибкие коллеги.
– Здравствуй, Лев Иванович, защитник вдов и сирот! – ядовито улыбаясь, сказал Жмырин, протягивая Гурову руку. – Ну что, назначили тебя локомотивом, доволен?
– В наше время говорили – взять на буксир, – миролюбиво ответил Гуров.
– Мне не по душе, когда меня за дурака держат, – мрачно сообщил Жмырин.
– Даю слово чести, – серьезно сказал Гуров, – что никогда даже не помышлял держать тебя за дурака. Просто в нашем мире многое происходит без нашего участия. Сегодня вот тоже – за нас с тобой все решили другие. Поэтому давай перейдем от лирики к суровой прозе и обсудим наши планы.
– А генерал? – кивнул на дверь Жмырин.
– Генерал сказал, чтобы мы сами разбирались, – объяснил Гуров.
– Хоть тут повезло, – проворчал Жмырин, поднимаясь. – Не люблю, когда на ковер вызывают. Даже если это не разнос, то все равно неприятно.
– Ты слишком на этом сосредоточен, – заметил Гуров. – Не бери все к сердцу, будь проще и чаще сплевывай. Кофе хочешь?
– Обязательно хочу, – мрачно заявил Жмырин.
В кабинете их дожидался полковник Крячко, правая рука и верный друг Гурова.
– Сваргань-ка нам кофейку, Стас! – распорядился Гуров. – Жмырин теперь наш человек, поэтому имеет право выпить чашечку.
