Сейчас он в долгосрочной командировке в Баренцевом море – помогает осуществлять совместный российско-норвежский проект. Должен вернуться через два месяца. А пока пишет мне письма.
– Простите, а у вашего мужа никогда не возникало никаких проблем… скажем так, криминального характера? – неожиданно спросил Гуров.
– Ну что вы! – протестующе воскликнула Елена. – Никогда. Он очень интеллигентный и в то же время очень твердый человек. Никогда в жизни не шел ни на какие сомнительные сделки. Предпочитал иметь чистые руки. Да ему это и не нужно – он очень хороший специалист.
– Понятно, – сказал Гуров. – Ну, тогда будем считать, что все случившееся с вами – в буквальном смысле всего лишь досадный случай, который больше не повторится. К сожалению, от таких эксцессов никто не застрахован. Просто нужно быть немного внимательнее… А что касается Лени, то все-таки постарайтесь объяснить ему, что он не там ищет свое счастье. В конце концов, попросите, чтобы кто-нибудь из родственников с ним серьезно поговорил – кто-нибудь из мужчин, отец, например… Кстати, просто из любопытства, – я как-то упустил из виду, – а какая у вас девичья фамилия, Лена?
– Ямщикова, – сказала девушка.
Она замолчала и с тревогой уставилась на Гурова, который на секунду тоже потерял дар речи.
– Ямщикова? А как имя-отчество вашего отца? – спросил он.
– Алексей Петрович, – неуверенно произнесла девушка. – А что? В чем дело?
– Алексей Петрович Ямщиков, – повторил Гуров, который никак не мог поверить в такое совпадение.
Елена недоверчиво уставилась на Гурова и еле слышно прошептала:
– Д-да… У нас погиб троюродный брат папы. Его застрелили, и до сих пор неизвестно – кто. Правда, я его совсем не знала. А папа был очень расстроен.
– Фамилия вашего родственника?
– Кажется, Гладилин… Да, точно Гладилин. Он занимался чем-то вроде нетрадиционной медицины. А почему вы спрашиваете? Это имеет какое-то отношение ко мне?
– Вряд ли, – сказал Гуров.
Елена казалась обеспокоенной.
– Даже не знаю, что вам сказать, – растерянно проговорила она. – Папа редко говорит о работе.
