Конрад Акройд устроил визит группы канадских ученых, и я дал ему знать, что для этого визита мы специально откроемся. В связи с убийством нам нужно быть готовыми к приему новых посетителей; возможно, поначалу будет непросто. Я буду проводить в музее как можно больше времени и надеюсь взять на себя сопровождение посетителей, однако в среду я не смогу. У меня переговоры в банке. Какие есть вопросы?
Маркус оглядел сидящих за столом, но все молчали. Затем Мюрел сказала:
— Музей Дюпейна продолжит существование, и всем нам, наверное, приятно выразить свою радость по этому поводу.
Мы постараемся сделать все возможное для его процветания, вы и мисс Кэролайн можете в этом на нас положиться.
Не раздалось даже шепота одобрения. Вероятно, Талли подумала, и Калдер-Хейл разделял ее точку зрения, что и слова, и момент выбраны неудачно.
Раздался телефонный звонок. В библиотеке стоял дополнительный аппарат, и Мюрел торопливо подняла трубку. Выслушав, она повернулась и сообщила:
— Это коммандер Дэлглиш. Он пытается выяснить личность одного из посетителей и рассчитывает на мою помощь.
— В таком случае вам лучше взять трубку в офисе, — коротко сказала Кэролайн. — Брату и мне эта комната сейчас понадобится.
Мюрел сняла руку с микрофона.
— Пожалуйста, не вешайте трубку, коммандер. Я только спущусь в офис.
Талли пошла вслед за ней и вышла через парадную дверь. Мюрел подняла трубку.
— В позапрошлую пятницу, когда я пришел к вам вместе с Конрадом Акройдом, в галерее находился некий молодой человек.
Его интересовал Нэш. У него худое лицо, на нем были синие джинсы, протертые на коленях, сине-белые кроссовки, теплая куртка, низко надетая шерстяная шапка, скрывающая уши. Он был один. По его словам, он приходил в музей и прежде. Не знаю, но вдруг вы его вспомните.
— Да, вспомню. Он отличается от наших обычных посетителей, поэтому я обратила на него особое внимание. В первый раз парень пришел не один. С ним была молодая женщина. Она несла ребенка в такой штуке — знаете, сам ребенок прижат к груди, а ножки болтаются в воздухе.
Я помню, подумала тогда, что младенец напоминает маленькую обезьянку, вцепившуюся в свою мать. Они пробыли здесь недолго. Полагаю, побывали только в картинной галерее.
— Их кто-нибудь сопровождал?"
"— В этом не было необходимости. Помню, молодая женщина несла сумку из цветастой ткани, со шнурком. Наверное, в ней лежали подгузники и бутылочка. Все равно она сдала ее. Не представляю, какие ценности они могли бы украсть.
