Ночью там совершенно никого нет. Мы никогда не опасались, что нас обнаружат. А если бы кто и увидел — мы ведь все равно не делали ничего противозаконного."
"Опять повисло молчание. Мартлшем смотрел на свои руки. Он опять положил их на колени.
— Вы сказали, что пришли сюда говорить правду, — произнес Дэлглиш. — А вот это неправда, не так ли? Селию Меллок нашли в музее мертвой. Мы полагаем, что ее убили именно в Комнате убийств. У вас есть какие-нибудь предположения, как она попала в музей?
Мартлшем съежился на своем стуле.
Не поднимая глаз, он сказал:
— Никаких. Она могла прийти туда заранее — возможно, чтобы встретиться с кем-то еще, и спряталась — например, в подвале, в архивах, скажем, — а когда в пять заперли двери, оказалась в ловушке; возможно, вместе с убийцей.
— Откуда вы знаете об архивах и о том, что двери запирают в пять?
— Я бывал в музее. Имею в виду, в качестве посетителя.
— Вы не первый, кто дает такое объяснение. Я нахожу такое совпадение интересным. Однако у Селии Меллок был и другой способ попасть в Комнату убийств, не правда ли? Через дверь из квартиры Кэролайн Дюпейн.
Не там ли вы договорились встретиться?
Теперь лорд Мартлшем поднял голову и встретился взглядом с Дэлглишем. Он был в отчаянии.
— Я не убивал ее. Я не любил ее и никогда этого от нее не скрывал. Наша связь была ошибкой, я нанес ей вред. Она думала, что нашла во мне все, в чем нуждалась: отца, любовника, друга, поддержку, защиту. Я не дал ей ничего из этого. Не свяжись Селия со мной, она не была бы мертва.
Но я не убивал ее и не знаю, кто убийца.
— Почему музей Дюпейна? — спросил Дэлглиш. — Ведь вы не занимались любовью на автомобильной стоянке, верно? С какой стати вам заниматься сексом в столь неудобных условиях, когда в вашем распоряжении была ее квартира и весь Лондон? Я предполагаю, что вы встречались в квартире Кэролайн Дюпейн. Я попрошу объяснений от мисс Кэролайн, но сначала я хотел бы услышать ваши. Вы общались с мисс Дюпейн с тех пор, как умерла Селия Меллок?
— Да, — ответил лорд, — я позвонил ей, когда обо всем узнал.
Я поставил ее в известность, о чем собираюсь говорить вам, если буду опознан. Мисс Дюпейн исходила сарказмом. Сказала, что я так просто не отделаюсь. Она не была взволнована. Скорее жестоко, цинично веселилась. Я сказал ей, что, если на меня будут давить, мне, возможно, придется открыть всю правду.
Голос Дэлглиша прозвучал почти ласково:
— И какова же вся правда, лорд Мартлшем?
— Да, наверное, будет лучше, если я вам расскажу.
